ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОССИЮ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

В Телеграмм создана группа " Военные пенсионеры за Россию и ее ВС. Мы победим". У кого есть Телеграмм просим вступить в нее. Там много интересного, срочного, очень оперативная информация, а также чего нельзя помещать в ОДНОКЛАССНИКАХ и на сайте. Вступить можно по ссылке: Военные пенсионеры за Россию и ее ВС. Мы победим
"https://t.me/voenpenszaRossiu"
Очень большая просьба НЕ ОТПИСЫВАТЬСЯ ОТ КАНАЛА, Канал работает в тестовом режиме. Мы стараемся понять, что Вам будет интересно читать и как работать дальше. Пишите, что бы Вам хотелось читать в ТЕЛЕГРАМ. Хоть в любой теме на сайте, хоть в Телеграмм. Чтобы не раздражали уведомления их можно ОТКЛЮЧИТЬ.

Кого раздражают уведомления в Телеграм их можно отключить. Отключить уведомления можно нажав на надпись ОТКЛЮЧИТЬ УВЕДОМЛЕНИЯ внизу

Журналисты увидели работу самого секретного подразделения ВС РФ
Виталий Орлов
Фото: Александр Река/ТАСС

В районе Суджи тестируется принципиально новый способ эффективной борьбы с беспилотными летательными аппаратами «самой сильной армии Европы». Военному корреспонденту РИА Новости посчастливилось поучаствовать в работе одного из самых секретных подразделений. Вот что он увидел.

Посмотреть на мир глазами врага

Перед нами экран монитора, на котором идет трансляция изображения с дрона… ВСУ. Привычная для любого курянина картина — бескрайние поля, перемежающиеся лесополосами и пересекаемые дорогами. Внизу экрана читаем — «Русорез». Так называется одна из моделей украинского БПЛА.

Несколько нажатий на клавиши и в течении нескольких секунд изображение скрывается в белом облаке помех. За объяснением происходящего обращаемся к оператору 810-й бригады морской пехоты ВС России с позывным «Тайга» — добровольцу, воюющему уже два года, участнику уничтожения бандеровского плацдарма в Крынках.

«Кстати, управляющий беспилотником захисник незалежности в данный момент видит ровно то же самое, что и мы. То есть ничего. Пусть попробует полетать в слепом режиме», — объясняет происходящее «Тайга». Результат такого полета оказался предсказуемо печальным, дрон был подавлен и цель свою, естественно, найти не сумел.

Убедившись, что украинский беспилотник прекратил подавать сигнал, боец подразделения заносит в специальный журнал данные о его модели и диапазоне рабочих частот. На основе этих записей создается импровизированная база, позволяющая анализировать какие беспилотные летательные аппараты используются, на каких частотах функционируют и насколько активно использует «самая сильная армия Европы» тот или иной тип БПЛА.

Между тем на экране монитора появляется изображение, передаваемое еще двумя украинскими дронами, однако их постигает все та же скорбная участь. «Ежедневно противник запускает от ста пятидесяти до двухсот FPV-беспилотников, которые мы стараемся глушить. Тем не менее, по каждому дрону для понимания его маршрута проводится анализ картинки, после чего следует предупреждение всех наших подразделений, находящихся в этом районе», — продолжают свой рассказ операторы.

Успех в таком актуальном на сегодняшний день деле обеспечивается несколькими факторами: мощностью сигнала, наличием у противника усилителей и ретрансляторов, сложностью рельефа местности, погодными условиями и т. п. Естественно, о стопроцентно гарантированной безопасности говорить некорректно. Однако, каждый подавленный украинский беспилотник увеличивает количество спасенных жизней наших бойцов.

Здесь тоже есть «ждуны»

Во время разговора «Тайга» не отрывает глаз от монитора. В настоящее время один из членов их расчета находится в отпуске, поэтому приходится меняться с товарищем каждые шесть часов. На экране вновь появляется изображение, По внешнему виду наши мультироторные квадрокоптеры ВТ-40, что подтверждается переданной по рации информацией. Следовательно, глушить сигнал необходимости нет.

Проходит несколько минут, и мы наблюдаем снижение и посадку вэсэушного FPV-дрона на крышу одной из сгоревших на поле боя машин. Такие беспилотники бойцы секретного спецподразделения называют «ждунами». Они способны часами находиться в режиме ожидания, а после срабатывания датчика движения атаковать цель — технику или живую силу. «Тайга» делится информацией со штурмовой группой и советует, откуда им безопаснее подойти. Через четверть часа приходит отчет — украинский «ждун» уничтожен. Его элементарно расстреляли.

«В плане противодействия нашему подразделению украинцы пытаются изменять мощность видеопередатчика. Например, максимальная мощность составляет три ватта, однако, для взлета достаточно всего двадцать пять милливатт. Метров через пятьсот он начинает терять сигнал управления и оператор увеличивает мощность до двухсот милливатт. И так далее. Однако, мы уже научились с этим бороться», — продолжает делиться спецификой своей работы «Тайга».

Спрашиваем о передвижениях наших войск. «Как только возникает необходимость в передислокации, с нами обязательно согласовывается предстоящий маршрут. И в этом районе мы закрываем небо. Без этого — никак», — признаются ребята.

Наша работа — бесконечная гонка

На первый взгляд — ничего сложного. Но это только на первый взгляд. В действительности же кроме собственно противодействия беспилотникам, военнослужащим этого уникального подразделения необходимо разбираться в тонкостях настройки аппаратуры самых разных типов. Причем делать это достаточно оперативно — каждое новое развертывание должно занимать считанные часы.

«Попутно освоил профессию системного администратора. Так что, „поднять“, например, сервер для меня сегодня не проблема. Очень много пришлось экспериментировать, испытывать, пробовать, но, если оно идет на пользу — я за!», — откровенничает «Тайга».

Однако наиважнейший фактор, обеспечивающий эффективную работу подразделения — стабильный интернет. Идеальным вариантом было бы оптоволоконное соединение, но на данный момент приходится пользоваться мобильным интернетом с помощью роутера.

«Естественно, справиться со ста процентами вражеских дронов нам пока не под силу, поэтому мы активно взаимодействуем с расчетами систем радиоэлектронного противодействия, имеющими достаточно мощные установки, но и это не является панацеей», — продолжает «Тайга».

Мы интересуемся, а как у них? «Что-то похожее по функционалу у ВСУ, конечно есть, но они нам очень сильно проигрывают в плане эффективности», — поясняет он.

Главной отличительной особенностью российской специальной военной операции аналитики считают массовое применение беспилотных летательных аппаратов. «Тайга» и его коллеги наладили очень тесную обратную связь с отечественными разработчиками, помогая им улучшать свои изделия.

«Противостояние БПЛА и РЭБ — это непрекращающаяся гонка. Однако мы стараемся бить по противнику и экономически, вынуждая его искать новые технические и технологические решения, что весьма непросто. И достаточно затратно по времени и деньгам. Поэтому, мы убеждены, опыт нашего подразделения нужно распространять.

Причем это нужно было сделать еще вчера. В нашем деле время — решающий фактор. Проще говоря, при определенном обеспечении мы способны полностью закрыть небо от вражеских дронов. Даже на аналоговой связи. Да, это не решает всех проблем, противнику хватит пары недель, чтобы вернуть паритет. Но представляете, как далеко может двинуть фронт за эти две недели", — резюмирует «Тайга».