ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОДИНУ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Экономист Николай Кульбака: «Заменить таджиков индусами у нас не получилось, поэтому и вводят сверхурочные»
Ирина Мишина
Фото: Michaela Begsteiger / imageBROKER.com / Global Look Press
Материал комментируют:
Николай Кульбака

Россиянам разрешили работать сверхурочно в два раза больше — лимит увеличен со 120 до 240 часов в год. Владимир Путин подписал соответствующий закон, он вступит в силу в сентябре.

По мнению авторов документа, около 90% россиян готовы работать сверхурочно, в том числе ради дополнительного заработка, однако регулирование не позволяло работодателям оформлять переработку как сверхурочную работу. Другая цель этой инициативы — нивелировать потребность в создании почти 49 тысяч дополнительных рабочих мест в ряде отраслей. В условиях дефицита кадров это более, чем актуально.

Согласно документу, оплата сверхурочной работы до 120 часов в год за первые два часа работы происходит не менее, чем в полуторном размере, за последующие часы — не менее, чем в двойном размере, а начиная со 121-го часа — не менее, чем в двойном размере за каждые 60 минут. Закон вступит в силу с 1 сентября 2026 года.

Закон этот — своего рода революция в трудовом праве. Вместо лимита 120 сверхурочных часов в год, установленного еще КЗОТ СССР, действовавшего на территории России более 50 лет, новый норматив вдвое больше. Кроме того, закон отменяет запрет на отзыв из отпуска работников вредных и опасных производств.

По официальной информации, закон был инициирован Российским союзом промышленников и предпринимателей, который прогнозирует, что к концу десятилетия дефицит кадров в стране достигнет 3 миллиона человек. Сейчас, по оценкам Bloomberg, России не хватает 1,5 млн работников, что сопоставимо с населением таких городов, как Екатеринбург или Новосибирск.

Кто конкретно стоит за этим законом? Поможет ли он реально поднять производительность труда и решить кадровые вопросы? И правда ли, что сверхурочные работы — это в интересах работников, которые якобы готовы практически жить на работе? «СП» попросила высказать свое мнение финансового аналитика, кандидата экономических наук Николая Кульбаку.

— Сильно сомневаюсь, что за принятием этого закона стоит глава Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александр Шохин. Скорее всего, его сделали крайним, потому что он публичная фигура. За всем этим на самом деле стоит фигура вроде Сергея Чемезова — генерального директора корпорации «Ростех», куда входит «Рособоронэкспорт».

Проблема в том, что на предприятиях ВПК сейчас люди работают в несколько смен: нагрузка на оборонку огромная, рабочих рук не хватает. По некоторым данным, в сфере ВПК сейчас не хватает до полутора миллионов человек.

«СП»: И ведь если посмотреть на демографический прогноз, грустно становится. По прогнозу Минтруда, к 2030 году стране не будет хватать 2,4 миллиона работников. И это самые скромные прогнозы. При этом есть и еще более пугающие цифры: общее число людей, которых надо вовлечь в трудовую деятельность, достигает почти 11 миллионов…

— По данным демографов, страна ежегодно теряет по 700−800 тысяч человек вследствие их естественного ухода. Мы приближаемся к численности населения СССР начала 30-х годов. И даже если вдруг случится чудесное повышение рождаемости, это не спасет: рожденные сейчас выйдут на рынок труда только в 50-х годах этого века.

Сейчас на рынок труда выходит «поколение немногочисленных» — рожденные в 90-х. Для расширения объемов производства просто нет людей. При этом стоит иметь в виду и ограничения последнего времени в нашей миграционной политике. Заменить таджиков индусами у нас не получилось, поэтому и вводят сверхурочные.

«СП»: Согласитесь, есть и другие причины для легализации повышенных сверхурочных часов: зарплаты в целом по стране невысокие. Чтобы хоть как-то подзаработать, люди соглашаются на каторжный труд в дополнительные часы в ущерб своему здоровью.

При этом могу предположить, что реально платить по указанным в законе полуторном и двойном тарифам работодатели едва ли будут. Не обернется ли все это узаконенной эксплуатацией?

— Часто у работника просто не будет выбора, и ему придется соглашаться на все условия. К примеру, в регионе есть одно предприятие-монополист, которое обеспечивает рабочими местами и платит приличную по меркам региона зарплату. А вокруг — только мелкие лавочки. Деваться некуда, люди будут соглашаться даже на невыгодные условия, чтобы сохранить работу.

«СП»: По словам доктора экономических наук, профессора Валентина Катасонова, «рабы не могут давать высокой производительности труда». Не обернется ли все это халтурой в сверхурочные часы?

— Я полностью согласен с профессором. Но у работодателя другая логика, им нужен результат здесь и сейчас, многие исходят из принципа «вы никуда не денетесь». Все это при отсутствии реально работающих профсоюзов приведет к давлению работодателей.

Но вместо производительности труда и качественного продукта они получат просто объем продукции сомнительного качества. А оплата сверхурочных, я говорю прежде всего о предприятиях ВПК, будет не из кармана работодателя, а за счет увеличения налогов.

В принципе, ВПК и так существует на деньги налогоплательщиков, но теперь наши с вами налоги вырастут еще больше. Это — дикий капитализм.