ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОССИЮ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Сергей Шаргунов о том, как решили отнять 5000 рублей у лаборантки в оренбургском селе

Оренбургская область. Судьба лаборантки из села под названием Тугустемир. Старинное село. С очень красивым и знаменитым старинным храмом.

Опечаленные люди обратились ко мне. А я в свою очередь направил запрос властям области.

Марину Иванову Ерёменко любят в селе. И есть за что. Например, в 2016 году из-за метели и нечищеной трассы она провела с роженицей в машине «Скорой помощи» 10 часов. Пробивали дорогу и спасатели, и местные жители. Через несколько минут после того, как всё-таки удалось добраться до родильного отделения, на свет появилась девочка.

Ерёменко получает меньше пяти тысяч рублей. Но её захотели лишить и этого.

Объявили о переводе на 0,25 ставки.

Теперь сельский лаборант должен только брать анализы, а далее биоматериалы будут доставляться на исследование далеко-далёко в Тюльганскую или Ташлинскую лаборатории. Люди опасаются, что «оптимизация» приведет к тому, что для того, чтобы сдать анализы, им придётся ездить за тридевять земель.

Кровь можно сдать с 9.00 до 11.00. Те, у кого нет своей машины, теоретически успевают приехать на автобусе к началу работы процедурного кабинета. Вот только к этому времени уже выстраивается очередь из местных и жителей ближайших сел. Велика вероятность в кабинет не попасть. Придётся договариваться с таксистами. А это для сельских жителей немалые деньги.

В селе много пожилых людей. Некоторым уже не под силу ходить в амбулаторию для того, чтобы сдать анализы. Марина Ивановна приходит к ним в дома сама… Разве позаботятся о них так чужие люди?

Хотят сэкономить на зарплате лаборанта? Целесообразно ли это? Что сэкономить? Около 3 000 рублей, чтобы в разы больше тратить на бензин и ремонт машины, которую регулярно придётся гонять с анализами?

На днях Марину Ерёменко, протестовавшую против всего этого унижения, уволили с занимаемой должности: не разрешили взять на анализ кровь у пришедших в амбулаторию сельчан. Не согласна получать копейки? Лишим вообще всего.

Теперь чиновники из Минздрава радуют: ладно, полностью мы женщину не уволим, но тут же добавляют: а оплату ей всё равно урежем.

Сельчане собрали сотни подписей. О чём просят? Сохранить любимой лаборантке её 0,5 ставки.

Всматриваюсь во множество аккуратных подписей на тетрадных листах — и больно, и стыдно. Обращение граждан не с какими-то грозными требованиями, а с вежливой тихой просьбой: не отнимайте у женщины три тысячи рублей…

Конечно, я помогу Марине Ивановне лично. Но дело не в этом. Дело в том, что очень стыдно всё это. Не надо унижать наших людей! Так унижать…

Эта женщина — подвижница.

Подвижники вокруг. Страна подвижников. Врачей, учителей, офицеров, инженеров, поисковиков… Страна самоотверженности и Победы.

Сколько тех, кому не всё равно!

Президент поздравил ветеранов Великой Отечественной войны с началом акции «Вахта памяти», отметив, что их поколение вдохновляет участников поискового движения и всю страну. На полях сражений до сих пор лежат сотни тысяч наших солдат. В архиве напротив каждого имени — короткая строчка: пропал без вести, а родные ничего не знают о судьбах павших. Из безвестия героев, отдавших жизнь за Победу, возвращают поисковики. Поисковые экспедиции и проводятся благодаря этой «Вахте памяти».

Возможно ли жестоко унижать простых людей в стране Победы?

Поисковики делают своё дело не ради выгоды, а потому что совесть им так подсказывает.

И врачи, и учителя работают за небольшие деньги, потому что кто-то должен работать.

И лаборантка из оренбургского села Марина Ерёменко просто хочет помогать людям. Поэтому тревожится за них. А ей теперь пытаются отмстить. Лишить всего. Предлагают выжить на пару тысяч в месяц.

Нельзя её дать в обиду. Иначе — кто мы и что мы?

Марина Ивановна, спасибо, что не сдаётесь и не сдаёте односельчан! И им спасибо, что стоят за вас горой.