ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОДИНУ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Первое сентября 2026 года не только начало учебного года, но и дата, после которой цифровой рубль перестает быть экспериментом для избранных. Системно значимые банки, обслуживающие свыше 80% платежного рынка, уже готовы открывать цифровые кошельки, а торговые сети с годовой выручкой более 120 млн рублей обязаны принимать новый вид оплаты. Для граждан обещают бесплатные переводы, для бизнеса — комиссии ниже, чем по эквайрингу.

Но обязательна ли новая форма денег для обычного человека? Будут ли теперь операции граждан полностью прозрачны для государства? И как не потерять средства, отсканировав подменный QR-код на кассе? Эксперты предупреждают: за новой вывеской скрываются нюансы, которые каждому стоит понять до того, как в приложении банка появится вкладка «Цифровой рубль».

До 1 сентября цифровой рубль существовал в пилотном режиме, и большинство людей не сталкивалось с ним в повседневной жизни. Теперь, когда платформа Центробанка готова к массовому использованию «третьей формы денег», а крупнейшие розничные сети обязаны принимать оплату, вопрос «что это такое и зачем оно мне» перестает быть теоретическим. Кому новый инструмент действительно выгоден, кто может спокойно его игнорировать и где пролегает граница между добровольностью для граждан и обязательствами для бизнеса?

«Для рядового потребителя при использовании цифрового рубля особо ничего не изменится», — говорит член экспертного совета по законодательному регулированию криптовалют Михаил Успенский. В банковском приложении появится еще одна вкладка — счет цифрового рубля, а платеж картой, через СБП или цифровым рублем на уровне интерфейса почти не отличается. Разница, по словам эксперта, в юридических последствиях: операции идут через платформу Центробанка, а не через баланс какого-то конкретного банка.

«Банк будет являться привратником», — поясняет председатель комиссии по финансовой безопасности ТПП РФ Тимур Аитов. По его словам, банк принимает клиентов, идентифицирует их и передает распоряжения на платформу ЦБ, где хранятся цифровые рубли. Эксперт отмечает, что в перспективной версии цифрового рубля «никакого интернета не нужно, никакой мобильной связи не нужно, ничего сканировать не нужно. Нужно только иметь смартфон, чтобы приложить его к другому» — платеж проходит по Bluetooth. Однако в текущей редакции для операций нужен интернет, мобильная связь и «достаточно хитрый», по словам Аитова, смартфон, поэтому офлайн-сценарий — дело будущего.

Доцент экономического факультета РУДН Лазарь Бадалов напоминает, что цифровой рубль — это не новые «напечатанные» деньги, а третья форма рубля. «Точно так же вы сможете поменять безналичные рубли на цифровые рубли», — говорит он. По его словам, востребованность зависит от функций: если цифровой рубль будет удобен для платежей, он станет дополнением к наличным и безналичным.

С 1 сентября принимать цифровые рубли обязаны компании с годовой выручкой более 120 млн рублей. «Для тех маленьких организаций, у которых до 500 тысяч рублей в год выручка или там нет интернета, такая обязанность пока не вносится», — уточняет Успенский. Внедрение «третьей формы денег» поэтапное: сначала крупный ритейл и системно значимые банки, затем малый и средний бизнес. Для бизнеса комиссия ниже, чем по эквайрингу, а для граждан переводы бесплатны.

Но у нововведения имеются и менее приятные последствия. «Никаких кешбэков, никаких депозитов с цифровым рублем не будет», — предупреждает Аитов. Правда, при этом Банк России анонсирует, что комиссия по цифровым рублям будет еще меньше, а может, и вовсе отсутствовать, добавляет Бадалов. Скидочный период действует до конца года.

Михаил Успенский называет важным плюсом объявленную платформу смарт-контрактов: «Человек может через приложение своего банка запланировать последовательность своих платежей» — коммуналка, переводы родным, взносы. По его словам, рутинные ежемесячные операции можно будет выполнять без комиссии.

Однако в обществе имеются опасения насчет того, что вместе с цифровым рублем появится и тотальный контроль со стороны государства за финансовыми операциями граждан. Эксперты считают эти страхи преувеличенными. «Все необходимые инструменты контроля со стороны государства на сегодняшний день уже внедрены, и цифровой рубль здесь ничего нового в этом плане не сможет добавить», — утверждает Бадалов. Любой безналичный платеж уже доступен контролирующим органам, а зона наличных как раз позволяет бизнесу скрывать выручку. Добровольность для граждан — принципиальная позиция ЦБ: «Использование цифрового рубля не будет принудительным».

Главный риск для потребителя не сам цифровой рубль, а мошенничество с QR-кодами. Тимур Аитов приводит пример: на кассе можно по ошибке отсканировать подменный код и «попасть сразу на трояна». Михаил Успенский советует: «Не сканируйте сомнительные QR-коды, сохраняйте свои средства». Ответственность за ошибочный платеж лежит на покупателе.

В общем, быстрого вытеснения карт и наличных не будет. По оценке Аитова, в 2027–2028 годах массового пользования цифровым рублем не произойдет, если только не заработает обещанная функция: «Если появится офлайн-режим, мгновенно вырастет интерес, потому что это действительно удобно».

Людмила Александрова