Елена Миронова

Минобороны предъявило Военно-строительной компании иски почти на 23 миллиарда рублей. Один из объектов деятельности компании – многострадальный водовод «Дон — Донбасс».

Министерство обороны России в 2026 году направило Военно-строительной компании (ВСК) почти 200 исков. Общая сумма требований приблизилась к 22,9 миллиарда рублей, следует из материалов Арбитражного суда Москвы, которые имеются в распоряжении ТАСС. Большинство разбирательств проходят в закрытом режиме. При этом новые претензии к структуре возникли на фоне скандала со строительством водовода «Дон — Донбасс», где расследуется хищение более полумиллиарда рублей.

Почти 23 миллиарда рублей претензий за год
Военно-строительная компания занимается возведением специальных, стратегических и социально значимых объектов министерства обороны России. Её деятельность связана с реализацией крупных инфраструктурных проектов военного ведомства. Однако судебная статистика последних лет демонстрирует заметный рост претензий заказчика.

Динамика выглядит следующим образом:
– 2023 год: 36 исков на 441,4 млн рублей.
– 2024 год: 244 иска на 18,8 млрд рублей.
– 2025 год: 316 исков на 15,1 млрд рублей.
– 2026 год: 198 исков почти на 22,9 млрд рублей.

Причём само количество исков не означает, что все требования Минобороны РФ будут удовлетворены. И большинство дел рассматривается непублично, за закрытыми дверями.

Водовод «Дон — Донбасс» в центре скандала
Особое внимание к деятельности ВСК привлекает история строительства водовода «Дон — Донбасс». Магистраль запустили весной 2023 года для решения проблемы водоснабжения Донбасса. Однако менее чем через три года инфраструктура потребовала серьёзного ремонта. Жители отдельных районов по-прежнему сталкиваются с нехваткой воды, отмечает телеграм-канал «Осташко! Важное»

Ростовский МУП «Управление Водоканал» объявил закупку почти на 158 млн рублей. Деньги планируется направить на ремонт участка от водозабора в хуторе Дугино до насосной станции в Недвиговке. Речь идёт о восстановлении магистрали, которая должна была обеспечивать стабильную подачу воды. Возникновение необходимости такого ремонта вызвало дополнительные вопросы к качеству первоначального строительства.

Особенно резонансным обстоятельством стало совпадение новой закупки с судебным разбирательством о хищении средств на строительстве водовода. В Ворошиловском районном суде Ростова-на-Дону рассматривается дело о мошенничестве на сумму около 533 млн рублей. По версии обвинения, нарушения связаны с закупкой кранового оборудования для строительства водовода. Фигурантами дела стали представители коммерческих организаций.

Заказчиком работ тогда выступала Военно-строительная компания, которую в тот период курировал бывший заместитель министра обороны Тимур Иванов. Контракт на поставку кранов стоимостью 533 млн рублей получила компания «НЭСТ». Затем она привлекла в качестве исполнителя организацию «Интерарм». По имеющимся сведениям, посредническая компания получила около 100 млн рублей. При этом непосредственно оборудование закупили в Китае приблизительно за 117 млн рублей. Таким образом, между стоимостью контракта и затратами на приобретение кранов образовалась значительная разница. Следствие связывает эту историю с мошеннической схемой.

Мало того, качество закупленного оборудования оказалось неудовлетворительным. В частности, сообщалось об использовании металла, не соответствовавшего необходимым требованиям. На одном из участков протяжённостью около 300 метров произошла утечка. Также сообщалось о подделке паспортов на детали и отсутствии надлежащей проверки поставленного оборудования.

Среди обвиняемых называются руководители «Интерарма», а также представитель «НЭСТ». Ещё один участник истории, бывший руководитель «Нацсахарпрома» Сергей Ломакин, ранее получил четыре года колонии. Его осудили по делу о мошенничестве с 16 млн рублей, предназначенными для передачи взяток сотрудникам ВСК. При этом внимание общественности привлекло наличие на скамье подсудимых предпринимателей и отсутствие там должностных лиц. Это обстоятельство порождает вопросы о распределении ответственности между подрядчиками и представителями заказчика. Главный вопрос заключается в том, насколько эффективно контролировалось исполнение многомиллиардных государственных заказов. И кто ответит за последствия, если бюджет снова придётся тратить на исправление допущенных ошибок?