ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОССИЮ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Известный теле- и радиожурналист Максим Кононенко отвечает на 10 вопросов

– В чем, на ваш взгляд, наше главное приобретение и главная потеря за послесоветское время?
– Наше главное приобретение – избавление от необходимости лицемерить. Главная потеря – это, конечно, потеря взаимного доверия.
– Капиталистическая экономика явно у нас не тянет – хотя в иных странах показывает чудеса. Это органическая несовместимость России с капитализмом – или вредительство конкретных чиновников, недавно отказавших Путину в возврате наших компаний из оффшоров в юрисдикцию РФ?
– Конкретные чиновники – это конкретные чиновники, а с капитализмом у нас всё будет в порядке. Просто большинство населения России до сих пор – люди советские, а советские люди за себя ответственности никогда не несли. А научиться этому в зрелом возрасте, видимо, не очень просто.
– Одобрили бы вы возврат смертной казни для высших лиц, чье воровство или предательство нанесли крупный ущерб стране?
– Ни в коем случае. Я даже разговоры о смертной казни считаю признаком слабоумия.
– Народ России фактически пал сегодня на колени перед олигархами, выкачивающими его кровь в оффшоры. Можно ли – и как – поднять его с этих колен?

– Не знаю, куда там пал народ России, лично я никуда не пал. Но если кому-то хочется пасть – ради бога, пусть падает. И поднимать его смысла нет. Надоест на коленях стоять – сам поднимется и пойдет.
– Почему, по-вашему, всенародный любимец Путин держит при себе всенародное посмешище Медведева?
– Потому что Путин мужчина, который умеет держать данное слово. К тому же я бы не был столь снисходителен к Медведеву. Все-таки этот человек четыре года был президентом, и кроме него у нас в стране еще только два человека с подобным опытом: Путин и Горбачев. Такая компетенция заслуживает уважения.
– Если не Путин, то кто? Можете назвать хоть одну фамилию?
– Шойгу. Собянин. Рогозин.
– Крайне обострившийся сейчас естественный отбор, когда всяк выживает или умирает в одиночку без надежды на советскую подушку безопасности – это жестокое спасение или погибель для России?
– России тысяча лет, и за эту тысячу лет было уже столько погибелей, что эта очередная ничего не изменит – но люди научатся отвечать за себя сами. И подушку безопасности себе самостоятельно набивать. Впрочем я бы и спасением это не называл. Россию не от чего спасать, у нее, мне кажется, всё довольно неплохо.
– Свободные выборы у нас – раздолье черного нала и криминала. Региональные фильтры и прочая регламентация – раздолье административного произвола. Могут ли в России быть честные выборы – и при каких условиях?
– Выборы вообще не могут быть честными, это условность, легитимизирующая некий консенсус. И если граждане согласны с фильтрами и регламентацией – значит, они с этим согласны. Если бы граждане не были согласны, снесли бы к чертям всех этих фильтрующих и регламентирующих. Но они этого не делают. Значит – согласны. Значит – все для них в порядке.
– Кого бы вы назвали в числе двух-трех величайших деятелей за всю историю России? Понятно, что их море – но есть такие, кого ваше сердце готово принять безоговорочно?
– Пушкин. Я живу в стране Пушкина. Этот человек сделал для России больше, чем любой другой русский.
– Есть какой-то главный девиз всей вашей жизни, который помогал вам в трудных переделках и который вы могли бы предложить подрастерявшимся сейчас согражданам?
– Да, есть. Правда, не всей жизни, а ее сознательной части. До 25 лет я вел довольно растительное существование, пока не понял, что если я сам не сделаю – никто мне ничего не сделает. Вот собственно и весь девиз. Оторви зад от стула и делай. Ну или не отрывай – сидя тоже можно многое сделать. Но делать надо.