Герман Клименко: Блокировки «с той стороны» жёстче наших
Игорь Землянский

Материал комментируют:
Герман Клименко
Ещё пару лет назад разговоры о суверенном Рунете воспринимались большинством пользователей как страшилки из разряда фантастики. Нам уверенно обещали: рубить кабели никто не собирается, Россия останется частью глобального цифрового мира.

И чиновники действительно не обманули — кабели никто не режет. Зачем заниматься грубым вандализмом, если можно действовать изящнее?

В недрах Минцифры и в кулуарах крупных операторов связи вовсю обсуждается революционная и, прямо скажем, пугающая реформа. Весь зарубежный интернет-трафик предлагается жёстко квотировать, а для конечных пользователей — ввести лимиты.

Проще говоря, безлимитный интернет в России останется. Но только для «своих» сайтов в зонах «ru» и «рф». А вот за каждый шаг во «внешний мир» придётся либо отчитываться, либо платить по тройному тарифу. Наступает эпоха цифровых пайков и талонов на заграничные мегабайты.

Форточка вместо двери: суть чиновничьего маневра

Суть предлагаемой схемы до гениального проста. Абсолютно весь входящий трафик с иностранных доменов планируют пропускать через ТСПУ (технические средства противодействия угрозам), которые контролируются Роскомнадзором.

Но если раньше эти чёрные ящики использовались в основном для точечных блокировок и замедления «нежелательных» платформ, то теперь им прочат роль главных таможенников русского интернета.

Государство не закрывает дверь наружу — оно просто делает её платной, узкой и крайне неудобной. Хочешь пользоваться международными библиотеками, читать зарубежные СМИ или играть на иностранных серверах? Пожалуйста, но уложись в строго отведенные рамки. Не хватило? Доставай кошелёк.

Иллюзия контроля: почему счётчик будет ошибаться

Телеком-рынок уже лихорадит. И здесь эксперты указывают на фундаментальную техническую проблему, которую чиновники предпочитают не замечать.

Независимый аналитик Алексей Бойко подчёркивает: реализовать точный учёт «зарубежных мегабайт» на практике практически невозможно.

Во-первых, одним IP-адресом пользуются тысячи абонентов, поэтому точно посчитать трафик отдельного пользователя нельзя. Во-вторых, из-за динамических маршрутов система будет ошибочно считать «зарубежным» трафик к российским ресурсам и наоборот.

В-третьих, выявление VPN и шифрованного DNS сопряжено с огромными погрешностями. Это значит, что счётчик будет списывать наши лимиты даже при чтении новостей на условном РИА «Новости», если его CDN-серверы оказались за границей, а мы будем платить за чужие гигабайты.

Золотые гигабайты: Кому выгодна цифровая таможня

Если отбросить громкие лозунги о национальной безопасности, на поверхности останется чистая, неприкрытая экономика. Зарубежный трафик для российских операторов сегодня — это огромная головная боль и колоссальные расходы.

Трансграничные каналы связи загружены, оборудование из-за санкций дорожает, а закупать его приходится по серым схемам.

Крупные игроки «Большой четвёрки» давно мечтали избавиться от балласта в виде пользователей, которые сутками качают гигабайты из-за рубежа. Введение лимитов — это легальный способ для телеком-гигантов резко поднять средний чек с каждого абонента.

Нас фактически заставят оплачивать модернизацию сетей, которую операторы не способны потянуть сами в условиях изоляции. Введение лимитов потребует дорогостоящей модернизации инфраструктуры и неизбежно скажется на качестве связи для всех, включая тех, кто не выходит за пределы Рунета.

Государство здесь выступает в роли заботливого партнёра монополистов: защищая их прибыли, оно перекладывает все издержки на карманы рядовых граждан.

Цифровой пролетариат и угроза «умственной блокады»

Реформа сильнее всего ударит по «цифровому пролетариату» и интеллектуальной части общества. Ограничение зарубежного трафика станет серьёзным ударом по ИТ‑специалистам: им критически нужен доступ к международным репозиториям, базам данных и технической документации — без этого отрасль потеряет конкурентоспособность.

Пострадают наука и образование: студенты и учёные рискуют оказаться в информационной изоляции без доступа к мировым публикациям и лекциям, а журналисты — лишатся возможности мониторить иностранные СМИ.

Для обычных же пользователей зарубежный интернет станет роскошью: онлайн‑игры, стриминги и облачные сервисы будут жёстко дозироваться, а граждан фактически переведут на импортозамещённые аналоги.

А есть ли плюсы? Взгляд с другой стороны баррикад

Главный и неоспоримый плюс — это колоссальный стимул для развития внутренней инфраструктуры.

Когда зарубежный трафик станет дорогим и ограниченным, крупные зарубежные сервисы, которые всё еще хотят работать в России, будут вынуждены переносить свои серверы внутрь страны, создавать локальные зеркала и платить налоги здесь. Это классическая политика жёсткого протекционизма.

Второй момент — кибербезопасность. Ограничение неконтролируемого потока данных из-за рубежа теоретически снижает риски масштабных хакерских атак, усложняет жизнь международным мошенническим колл-центрам и вербовщикам террористов, а также затрудняет отток персональных данных россиян на тёмные зарубежные форумы.

Как отмечает Минцифры, фильтрация через ТСПУ уже сейчас помогает отражать беспрецедентные по мощности DDoS-атаки на сайты органов власти.

И, наконец, экономия ресурса. Сети не резиновые, и если разгрузить каналы от тяжёлого иностранного контента, то скорость работы внутренних критически важных сервисов — от банковских приложений до цифровой медицины — станет выше и стабильнее.

Контуры суверенного гетто

Плюсы реформы меркнут на фоне её политического подтекста: в «белом списке» Рунета останутся лишь лояльные государству и подконтрольные структуры, а глобальный интернет фактически объявят «токсичной зоной».

Доступ к альтернативным источникам будут ограничивать не блокировками, а рублём: хочешь проверить факты — плати. Так информационная гигиена превращается в услугу, а цифровое пространство — в инструмент управления обществом.

Подобными мерами Минцифры пытается выстроить стерильное цифровое пространство, где обществом гораздо легче управлять.

Но создатели этой системы забывают одну простую истину: настоящий цифровой суверенитет — это когда твоя страна создаёт передовые технологии, которыми пользуется весь мир, а не когда ты строишь глухой забор, чтобы отгородиться от этого мира.

Насколько реально, что зарубежный трафик превратиться в роскошь, «Свободная Пресса» попросила ответить бывшего советника президента РФ по интернету, председателя совета Фонда развития цифровой экономики Германа Клименко.

«СП»: Герман Сергеевич, не убьёт ли возможное решение Минцифры доступ россиян к международным сайтам, без которых многие просто не смогут работать?

— Сейчас обсуждается всё-таки не запрет, а лишь ограничение. Это инициатива больше операторская — они давно мечтают получать деньги за зарубежный трафик отдельно. Сейчас это просто удобный повод: борьба с VPN и доступом к запрещённым ресурсам. Но если цель только в этом, то Роскомнадзор уже неплохо справляется без дополнительных мер.

«СП»: А как это скажется на программистах, учёных, студентах, журналистах? Не закроются ли для них важные ресурсы?

— Повторю, речь идёт не о запрете пользования зарубежными ресурсами, а о плате или лимите (например, 15−50 ГБ). Даже при таких объёмах обычный пользователь вполне укладывается. Основная проблема операторов — им приходится платить за международный трафик, тогда как российский часто бесплатен. Поэтому они хотят переложить эти расходы на абонентов. Технически разделить трафики возможно, хотя биллинговые системы придётся дорабатывать.

«СП»: Но ведь часть трафика — это научные базы данных, GitHub, Zoom…

— Уже сейчас многие зарубежные сервисы блокируют российские IP-адреса. Так что блокировки «с той стороны» жёстче наших. Если российские аналоги догонят западные по качеству, потребность в зарубежных сервисах снизится сама собой.