ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОССИЮ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Выступая на днях в Уральском федеральном университете, федеральный министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер отметил, что «сегодня Россия определяет свои внешнеполитические интересы скорее отмежевываясь от Европы. По крайней мере нам кажется, что на данный момент ЕС в Москве рассматривается в меньшей степени как партнер, а скорее как геополитический конкурент. И наоборот, в Европе опасаются, что Россия ищет роль в мировой политике, которая все меньше зиждется на принципах партнерства, а все больше на военной силе».

Подобный взгляд на суть происходящего с упором на военный аспект проблемы сегодня демонстрируют и британские партнеры Берлина по ЕС и НАТО. На днях комитет по обороне Палаты общин сообщил в специальном докладе, что конфликт в Украине показал серьезные недостатки в готовности НАТО противодействовать угрозам.

Среди изменений, которые предлагают авторы парламентского доклада, – установление постоянного присутствия войск НАТО и военной техники в прибалтийских странах, улучшение существующих сил быстрого реагирования, широкомасштабные учения с участием военных и политических лидеров всех стран – членов альянса.

Квинтэссенцией идей по сдерживанию России стала идея, выдвинутая еще в сентябре, по созданию сил быстрого реагирования НАТО, в которые будут входить несколько тысяч военнослужащих. Страны Балтии, Польша и Румыния выразили готовность разместить на своей территории силы быстрого реагирования.

Чем подобный подход опасен для России? В действующей Военной доктрине РФ (принятой в 2010 году) имеются серьезные изъяны, которые не учитывают новую ситуацию в мире. В статье 22 действующей сегодня Военной доктрины говорится: «РФ оставляет за собой право применить ядерное оружие (а это единственное сейчас оружие устрашения, которым располагает Россия и которое может остановить потенциального агрессора. – О.Н.) в ответ на применение против нее и (или) ее союзников ядерного и других видов оружия массового поражения, а также в случае агрессии против РФ с применением обычного оружия, когда под угрозу поставлено само существование государства».

Однако в ней не учитывается ситуация с анклавом (Калининградская область) и Крымом. Агрессия против этих территориальных образований, по сути, не будет представлять собой полномасштабную угрозу существованию государства, но нарушает его территориальную целостность. И хотя в обновленный вариант доктрины, которая должна будет принята до конца текущего года, внесено понятие о неядерном сдерживании, встает вопрос: сможет ли Россия с помощью имеющихся у нее обычных видов вооружения или дипломатических средств защитить данные территории? Тем более что Украина планирует к 2017 году вернуть себе Крым.

Относительно иностранных претензий на Калининградскую область известно не так уж много. Среди деятелей, ставивших под сомнение принадлежность Калининградской области России, – один из старейших политических деятелей новой Литвы Ромуальдас Озолас, деятель Партии центра, а в советском прошлом один из создателей объединения «Саюдис», сыгравшего ключевую роль в отделении Литвы от СССР. По словам заместителя председателя правительства Калининградской области Михаила Плюхина, «в Польше, Литве и Украине есть политические силы, которые в своих публичных высказываниях ставят под сомнение законную принадлежность территории Калининградской области России». В связи с этим он напомнил о высказываниях президента Литвы Дали Грибаускайте, которая в одном из последних интервью напомнила, что «Калининградская область – это колыбель литовской литературы и искусства».

Конечно, все вышеприведенное дает достаточно оснований задуматься о возможностях России по защите своей территории. Пока наиболее реальной защитой является ракетный щит. В этой связи нелишне напомнить летнюю публикацию во французской газете Figaro. Газета отмечала, что «давно ходят упорные слухи о том, что 14 августа Владимир Путин дал добро на размещение в Крыму тактических ракет «Искандер» с ядерными зарядами и бомбардировщиков Ту-22. В 2013 году появление ракетных комплексов того же типа в Калининградской области вызвало нешуточное беспокойство в соседних странах, Польше и Литве».

С военной точки зрения вопрос может стоять только так: являются ли «Искандеры» достаточным средством для устрашения потенциального агрессора?

Я не исключаю, что в ближайшей перспективе актуальным (особенно в свете подготовки новой российской Военной доктрины и развертывания системы ЕвроПРО на границах с Россией) может стать возобновление дискуссии о выходе России из Договора о ликвидации ракет средней и малой дальности (РСМД). Как известно, этот советско-американский договор был заключен в конце 1980-х годов и, по одним мнениям, существенно снизил уровень международной напряженности, а по другим – ослабил уровень безопасности СССР.

Напомним, что во время августовской встречи с депутатами Госдумы в Ялте Владимир Путин пояснил: «Договор касается только России и США. Но у США под боком лишь дружественные Канада и Мексика. А у нас множество соседей, некоторые в последнее время начали разработку ракет такого класса. Это вызывает тревогу. США в свое время вышли из Договора по ПРО, когда решили, что это в их интересах».

Конечно, ракеты средней дальности представляют собой более эффективное средство устрашения, чем «Искандеры». Собственно говоря, Россия и Европа сейчас находятся на перекрестке, и хочется надеяться, что анализ, приведенный в екатеринбургской речи немецкого министра иностранных дел, носит пророческий характер. Он сказал, что «в качестве элемента честного анализа настоящего времени нужно констатировать, что после лет сближения и растущего партнерства политическое отчуждение между нами снова увеличилось, хотя это не означает, что так должно оставаться всегда»