ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОССИЮ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Наш военкор передает из зоны спецоперации на Украине

Бои за освобождение Мариуполя длятся почти два месяца. Некогда красивый мирный город практически превращен в руины. На въезде блокпост. Военнослужащие Народной милиции ДНР тщательно проверяют каждую въезжающую и выезжающую машину. Ведь под видом мирных жителей из Мариуполя пытаются сбежать те, кто виновен в разрушениях и страданиях гражданского населения.

- Сегодня раздача гуманитарной помощи, - поясняет сопровождающий нас военнослужащий, указывая рукой на скопление людей напротив выгоревшего почти до основания торгового центра. - Эх, а какой был город. Здесь все мое детство прошло.

Картина поистине ужасающая, никакие фото или видеосюжеты не способны передать всю горечь и боль от увиденного. Как контраст с разрухой, на клумбе внутри дорожного кольца, распускаются нарциссы. От вида их светло-желтых, еще не до конца раскрывшихся бутонов, непроизвольно наворачиваются слезы.

Кировский район Мариуполя. Еще совсем недавно здесь шли ожесточенные бои. Но вот уже несколько дней, как говорят сами местные, относительно тихо.

У подъездов полуразрушенных пятиэтажек сидят люди. Здесь же самодельные, сложенные из кирпичей, решеток от холодильников, металлических поддонов и прутов, подобия печей. На них жители готовят себе пищу из тех скудных продуктов, которые собирают всем двором. Ни электричества, ни воды в городе нет с конца февраля.

- Власти наши знали заранее, что здесь будет твориться, - рассказывает 83-летний Александр Константинович. - За неделю до начала боев отключили нам и свет и газ. Бросили, а сами тикали.

Среди побитых пулями и осколками машин на самокатах катаются маленькие дети. На газонах под теплым весенним солнцем, свернувшись клубком, дремлют бездомные собаки. Раздаю чумазой детворе привезенные с собой конфеты.

- Меня Владик зовут. У нас во дворе ракета лежит, - уплетая шоколадный батончик, спешит поделится мальчишка лет десяти.

- Покажешь?

- Ага, - улыбаясь и опуская на лицо балаклаву, кивает малец.

Отправляюсь с новым знакомым в сторону гаражей. Возле детской площадки взгляд невольно останавливается на деревянных самодельных крестах. Надпись маркером: фамилия, имя, дата смерти. Здесь похоронены те, кто пал жертвой украинских боевиков. Подобные кладбища почти в каждом дворе.

- Вот она! - кричит Владик. - Смотри здоровая какая.

Между гаражных крыш помятый корпус оперативно-тактической ракеты «Точка-У». Ее боевая часть взорвалась в соседнем дворе.

Возвращаемся с Владиком обратно к дому.

- Вы пресса, что ли? - дергает меня за рукав, стоящий у одного из подъездов мужчина по имени Сергей. - Так я вам расскажу, что здесь творилось.

Включаю диктофон.

- Как только бои начались, к нам пришли «азовцы» («Азов» - террористическая организация, запрещена в РФ - «МК»), - начинает рассказ мужчина. - Человек пятнадцать их было. Загнали нас всех в подвал, сказали, чтобы мы сидели и никуда не выходили. А сами тем временем вскрывали квартиры и свозили в них оружие.

Я подошел к одному из них, говорю: «Ребята, может нам всем уйти? Мы же видим, что стрельба уже повсюду». Но они запретили. Ночью кинули к нам в подвал мужика какого-то избитого. От него я узнал, что его просто поймали на улице, сказали, что он корректировщик ДНР.

К утру началась сильная стрельба, «азовцы» в соседнем подъезде ДШК (советский крупнокалиберный пулемет - «МК») поставили. От снарядов завалило вход, мы побежали в другую часть подвала. Но там разместились нацики и никого не выпускали.

В общем, бой длился где-то с пяти утра до шести вечера без перерыва. Потом дым сильный пошел, мы думали, что все уже, здесь и задохнемся. Тут открывается подвал, и военные заходят с белыми повязками на рукавах. Словами не могу передать, как камень с души упал. Мы когда вылезли, ужаснулись. Во дворе арсенала было, мама дорогая. Гранатометы, базуки, автоматы, пулеметы. Много иностранного.

- До начала спецопреации «азовцы» зверствовали в городе?

- Кошмарили, жуть просто. В 2014 году был референдум, мы почти все хотели, чтобы нас присоединили к России. «Азов» тогда еще не был таким многочисленным, они базировались за городом. 9 мая как обычно в Мариуполе хотели провести демонстрацию в честь Дня Победы. Начальник райотдела собрал всех милиционеров и сказал, что надо демонстрацию расстрелять. Но ребята отказались. Тогда он по рации вызвал «Азов», те приехали и из БМП расстреляли весь отдел.

После этого стали кошмарить мирных. Вылавливали на улицах и - в аэропорт, там у них пыточная была. Много людей тогда пропали без вести. В милицию обращаться толку никакого. Руками разводят: «А шо мы?»

Потом нацики эти создали себе базу на «Азовстали». Люди даже боялись мимо ходить. Случаев много было, девчонки какие-нибудь идут, они их хвать и все. Ни следа. Пацаны пойдут отбивать и тоже пропадают.

А вообще все эти «азовцы» под какой-то фигней.

- Наркотики?

- Да не похоже. Скорее, допинги или лекарства. Они, вроде, и соображают, но какие-то безбашенные. Не от того, что сами смелые по природе, а как киборги, не иначе. Пули летают, снаряды рвутся, а им хоть бы что. Прут напролом. У них знаете, развлечение какое было? Один заряжает подствольник и спрашивает другого: «Попадешь в шестой этаж?» Тот: «Да, попаду». Бах, попал. Там пожар сразу. И так лупят по домам, пока самим не надоест.

- Какие-то службы все это время работали в городе? МЧС? «Скорая»?

- Нет. Они же все машины позабирали и сами на них рассекали. Тела с улиц некому было забирать. У нас женщину во дворе убило, четыре дня лежала. Похоронить не могли из-за обстрелов. Потом здесь во дворе закопали.

- Они и гражданские автомобили отжимали, - присоединилась к беседе недавно подошедшая супруга Сергея. - Прямо посреди дороги останавливали, водителя выкидывали и сами уезжали. Это еще хорошо, когда так. Нашего знакомого так же остановили, пакет на голову, руки связали и отвезли куда-то за город. Там избивали, говорили, что он наводчик. Как, видать, надоело издеваться, старший и говорит одному бойцу: «Да сколько тех наводчиков. Что с ним возиться? Пойдите, пристрелите его где-нибудь». Они его на речку вывезли. Потом, видать, передумали и отпустили. А скольких не отпустили. Никто даже точно и не скажет.

- Сережа, я ж шла тебя позвать костер развести, - прервав свой рассказ, вдруг всполошилась женщина. - Кушать же надо готовить...

Авторы: ЛИНА КОРСАК