"Организуешь военные поставки, ведешь военную пропаганду, привлекаешь добровольцев. Работаешь всеми силами на войну, с полным убеждением в правильности своих действий, в святости русской национально-освободительной борьбы.
Но иной раз черным-черно становится на душе. Весь пережитый опыт, неоправданные человеческие потери, убитые женщины и дети, разрушенные города и села - все это в какой-то момент "накрывает" до мрачной пустоты, до физической боли в сердце.
Война это не только "души прекрасные порывы", святость самопожертвования, победоносные танковые колонны и красиво развивающиеся на ветру флаги над захваченными городами. Это и сожженые дома, где десятилетиями вырастали и жили люди. Превращенные в развалины города. Горы трупов на улицах. Разорванные в клочья тела людей, которые только что жили, строили планы, мечтали. Оборвавшийся детский смех. Голодные смерти немощных стариков. Разрушенные дома, разрушенные люди, разрушенные надежды.
Говорю об очевидном, но одно дело смотреть на войну в картинах о ВОВ, другое дело видеть как они спустя 70 лет оживают, вплоть до тех же линий обороны и военных операций, оборачивающихся сотнями жертв, которых можно было избежать.
Это не "упадническое настроение", а предупреждение многим прекраснодушным людям, которые приезжают сюда и после тотальных артобстрелов и первых павших товарищей бегут от этого ужаса подальше.
Любая война - даже "война народная, священная война" - страшна, уродлива, противоестественна. Любой нормальный человек, столкнувшийся с войной, захочет скорейшего её прекращения.
Сильнее чувства ненависти к войне есть только стремление к свободе и чувство ненависти к противнику, который хочет поставить тебя на колени и отнять твою свободу.
Поэтому все что нам остается - залечивать раны, молиться, терпеть, не сдаваться и побеждать. А когда победим, то скажем - "этот день мы приближали как могли". И сделаем все возможное, чтобы подобное больше не повторилось."