ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОССИЮ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Украинский президент не отказался от идеи отменить выборы и готовит новую провокацию

Ровно месяц назад президент Украины Пётр Порошенко, чуть ранее пославший недрогнувшей рукой своих моряков в Керченский пролив в надежде на их героическую смерть, подписал указ о введении военного положения в ряде регионов страны, и сегодня оно закончилось.

«Сейчас, в 14:00 прекращается военное положение. Это моё принципиальное решение, оно основывается на анализе всех составляющих текущей ситуации безопасности в государстве. За время военного положения оборонительные возможности ВСУ и других подразделений сектора обороны получили абсолютно другое измерение. Проведена огромная работа по передислокации, сокращение сроков боевого слаживания, доукомплектации за счет резервов первой очереди, поставок вооружения», — сообщил он в соцсетях.

Также украинский президент подчеркнул, что за этот месяц особо ничего не изменилось: Россия по-прежнему угрожает молодой демократии и, как ни странно, не уменьшила своего присутствия в Азовском море. Так для чего вводилось военное положение?

С самого первого дня ни на Украине, ни в России ни у кого не было особенных иллюзий насчёт того, зачем это нужно. Вице-спикер Верховной Рады Оксана Сыроид сразу заявила, что это «прекрасная возможность манипулировать выборами президента и, при необходимости, применить немного диктатуры». Она же напомнила, что ранее ни переход Крыма в состав России, ни ожесточённые бои в Донбассе, когда украинские военнослужащие гибли сотнями, не стали поводом отвечать на «российскую агрессию» введением военного положения, а вот пусть и шумное, но далеко не эпических масштабов столкновение в Керченском проливе стало. Почему? Потому что на носу выборы, а в опросах — кошмарно низкий рейтинг главы государства.

Если бы этот режим был введён в том формате, в каком изначально планировался, то президентские выборы пришлось бы сдвигать, однако под давлением оппозиции Порошенко пришлось сократить его срок вдвое, да ещё и ограничить лишь некоторыми регионами.

Этот месяц украинский президент провёл очень активно: он звонил всем, кто готов был взять телефонную трубку, и просил-просил-просил. Он просил денег, просил оружия, просил вертолёты и винтовки, просил Запад ввести новые санкции против России, а военные корабли — в Чёрное море. Глава «незалежной» пришёл в редакцию каждого западного СМИ, обладающего хоть какой-то репутацией и аудиторией (а чего стоит их репутация наглядно на днях показал скандал с немецким журналистом), откуда потрясал кулаками и грозил Путину войной. Ни дня не проходило, чтобы он не укреплял собственноручно слепленную иллюзию о всеобщей поддержке Киева, о том, что керченский инцидент раскрыл глаза «цивилизованного мира» на очередной виток «российской агрессии». Одновременно его верные миньоны поднимали градус предвоенного безумия: они грозили повторить свой героический поход через пролив, обещали взорвать Крымский мост, сообщали о невиданном росте мощи армии. И всё это дало некоторые результаты: рейтинг Порошенко медленно пополз вверх.

Но стоила ли игра свеч? Всё это можно было провернуть, не прибегая к таким неоднозначным и экзотичным мерам.

«Подчеркиваю, как и было обещано месяц назад, военное положение практически никак не повлияло на повседневную жизнь гражданских. Как и было обещано, оно не привело к ограничению прав и свобод и не повлияло негативно на экономику», — утверждает Порошенко, и не кривит душой. Потому что вся эта игра в войну была ему нужна вовсе не для рейтинга. Или, вернее, не только для этого: это было нужно лишь для того, чтобы украинское общество его больше не боялось, чтобы, когда после очередной провокации военное положение вернут, реакция была спокойнее, и о диктатуре никто не думал. Украинцам дали пожить в новом статусе, при этом сознательно сведя к минимуму влияние нового положения на их жизнь. Так новое делают привычным.

Сегодня закончился режим военного положения, и Порошенко не стал его продлевать. Но до президентских выборов ещё почти четыре месяца, а украинская военная техника продолжает стекаться к линии разграничения в Донбассе, и военное руководство в Киеве не отказалось ни от одного из вариантов развязать войну.