ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОССИЮ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Один мой товарищ, бывший укр (выехал из Неньки ещё лет 15 назад, но туда постоянно ездит — сестра его там осталась) выдал сегодня перл в ответ на вопрос — почему укры так возбудились по поводу ударов русских ВВС в Сирии? Им-то не пох?

А он отвечает:

«Ты не понимаешь, какая там сейчас зависть к России. Даже у самых свидомых, даже у самых русофобов. Представляешь, они видят как их враг, которого они считают «тупой ватой», херачит кого хочет, никого не спрашивает, ведёт себя независимо. А Запад, которого они считают таким крутым, не может ничего поделать и только жалко мямлит.

Они же тоже хотят быть независимыми, гордыми, сильными, их всегда раздражала «меншоварность», они всегда считали себя не хуже «старшего брата». А вместо торжества над москалями им теперь приходится унижаться, 6лядовать и клянчить подачки. И как бы они не петушились, сами-то они понимают, что окончательно превратились в опущенных. И именно это их злит больше всего - то, что москали — не опущенные, как они. Они больше всего мечтали, чтобы москали наконец о6осрались. А москали наоборот — Сирию бомбят. Это пистец, как им тяжело с этим жить.

И больше всего, наверное, злятся укропилоты — они в самом прямом смысле слова «опущенные» — их опустили, их согнали с неба Донбасса, они боятся летать даже над своей (как они считают) территорией, а эта «вата» на современных самолётах с новейшим вооружением херачит басмачей за тридевять земель.

За полтора года укры привыкли считать себя в центре всеобщего внимания и объектом всемирной жалости (пусть и ненастоящей, но всё же), а тут они стали всем похеру. От них как-то все отмахиваются, типа «не до вас сейчас», а им обидно и страшно. Страшно, что про них совсем забудут и с «ватой» как-то договорятся без них, а они так и останутся опущенными не пойми ради чего.

Поэтому они сейчас в полной панике и истерике. И несут полную херню в невиданных масштабах, чтобы напомнить о себе, чтобы о них не забыли. И главное, чтобы заглушить своими криками собственную вечную тоску опущенного неудачника».