ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОССИЮ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Если «Газпром» недостаточно загрузит «трубу» через Украину, Россию ждут большие убытки

Материал комментируют:
Николай Топорнин
Евросоюз сделал еще шаг к тому, чтобы оставить «Северный поток-2» полупустым. 20 февраля комитет постпредов стран ЕС одобрил компромиссный вариант поправок к газовой директиве. Об этом сообщает пресс-служба Совета ЕС.

Поправки распространяют действие европейского законодательства на трубы из третьих стран. Это означает, что руководству «Северного потока-2» придется дать доступ к его мощностям еще одной организации. На деле это невозможно, поскольку оператор строительства, «Газпром», является единственной компанией России, имеющей право на экспорт газа.

Как и в случае с газопроводом Opal (сухопутное продолжение «Северного потока-1»), Еврокомиссия может запретить «Газпрому» использовать «Северный поток-2» больше чем наполовину, оставив мощности для потенциальных «третьих лиц».

Правда, директива предусматривает и исключения. Согласно предложенным ФРГ изменениям к поправкам, вести переговоры о применении директивы может та страна, где находится первый пункт соединения с газопроводом из третьей страны, то есть Германия.

На первый взгляд, для «Газпрома» это решает проблему, поскольку Берлин в строительстве трансбалтийского газопровода кровно заинтересован. На деле, процедура требует согласования с Еврокомиссией, и успеха не гарантирует.

Сначала ЕК должна выдать Германии разрешение на ведение переговоров с Россией о межправительственном соглашении, которое исключит «Северный поток-2» из газовой директивы. А после завершения переговоров та же Еврокомиссия должна выдать разрешение на подписание сторонами соглашения.

В обоих случаях ЕК обязана принять решение за 90 дней, но имеет право запрашивать дополнительную информацию, тем самым растягивая сроки. В случае с Opal, напомним, сроки затянулись на целых семь (!) лет. Мало того, ЕК может еще и диктовать рекомендации Германии по тексту договора и включению в него определенных положений.

Впрочем, ЕК не принимает окончательное решение по предоставлению исключений. Это делается в рамках консультационной процедуры со странами-членами ЕС. Представители стран образуют комитет, в котором представитель ЕК является председателем без права голоса, а решения принимаются простым большинством. Причем, вес голоса страны зависит от ее доли в населении ЕС.

На практике это означает, что Германии придется заручиться поддержкой крупнейших стран ЕС, как минимум Франции и Италии, чтобы исключения для «Северного потока-2» были приняты — после того, как вопрос будет урегулирован с ЕК.

На деле, ясно одно: физически «труба» будет дотянута до Германии, и это дает «Газпрому» определенные козыри на переговорах о судьбе украинского транзита. Но на этом позитивные новости, похоже, заканчиваются.

К 2020 году «Северный поток-2» полностью точно загружен не будет. Да и газотранспортные мощности на территории Европы не будут готовы к этому сроку на 100%. Аналогичная ситуация и по «Турецкому потоку». По нему, начиная с 2020 года, может обеспечиваться газом Турция — по первой нитке. Но в отношении второй нитки, которая должна пройти по странам Южной Европы, ясности нет никакой. Сербия обещала построить соединительный газопровод с Болгарией к середине декабря 2019 года, но дальше слов пока не пошла.


Словом, руководство ЕС противится укреплению позиций «Газпрома», и делает ставку на СПГ и сохранение транзита через Украину. И пока, увы, Евросоюз наш «Газпром» переигрывает.

— Евросоюз вовсе не Мальчиш-Плохиш, который отвергает то, что мы ему предлагаем, а серьезное политическое объединение с наднациональной системой права, — отмечает экс-директор информационного офиса Совета Европы, преподаватель кафедры европейского и конституционного права МГИМО МИД РФ Николай Топорнин. — Напомню, что ст. 101 и 102 Лиссабонского договора, который де-факто заменяет ЕС конституцию, запрещают монополизм и ставят во главу угла принцип свободной конкуренции. Замечу, это главный принцип ЕС как интеграционного образования. Уберите свободную конкуренцию — и, уверен, Евросоюз быстро охватит серьезный кризис, поскольку европейские корпорации начнут злоупотреблять своим положением на рынке.

Проблема, с точки зрения ЕС, в том, что трансбалтийский газопровод не подпадает — пока, во всяком случае — под нормы европейского права. Между тем, «трубой» монопольно владеет «Газпром», и он же является поставщиком газа. Это делает российскую корпорацию доминантам на рынке, что недопустимо по европейским нормам. Европейцы считают, что такая ситуация чревата неконкурентным управлением ценой: «Газпром» может в любой момент повысить ее, или уменьшить прокачку.

Большинство стран ЕС видит в таком положении подводные камни, особенно с учетом, что «Газпром» является фактически государственным оператором.

На мой взгляд, наши политики, в том числе президент Владимир Путин, не до конца понимают, что позиция по «Северному потоку-2» носит для Европы принципиальный характер, а не чисто коммерческий.

Да, Германии газопровод выгоден, и ей удалось заручиться поддержкой Франции — но с очень большими оговорками, отсюда и процессуальные сложности. Для меня, кроме того, очевидно: если «Газпром» не будет заполнять украинскую «трубу», никто ему не даст заполнять «Северный проток-2» больше, чем на 30−40%.

«СП»: — Что это будет означать для нас?

— Что «Газпром» будет нести крупные убытки. Замечу, «Северный поток-2» и без того не выглядит суперприбыльным проектом. Его строительство обойдется в 9,5 млрд евро — это колоссальная сумма. Расчетный период окупаемости газопровода — при условии его заполнения на 100% - примерно 10 лет. Вдумайтесь: 10 лет мы должны прокачивать газ, а Европа должна его покупать — и только на одиннадцатый год мы начнем получать дивиденды.

Это очень большой срок, за который может случиться всякое: техногенные катастрофы, политические катаклизмы. В итоге может статься, что проект окажется для России глубоко убыточным.


К тому же не стоит забывать, что заслонка от трубы будет находиться в Германии. И если немцы примут решение перекрыть ее на 70% - мы ничего не сможем сделать.

«СП»: — Вы считаете, такой вариант возможен?

— Судите сами. Немцы — их компании-операторы — в любом случае будут исходить из норм европейского права и газовой директивы ЕК. Этим операторам не нужно, чтобы ЕК уличила их в монополизме и манипулировании европейским рынком.

Поэтому ситуация, я считаю, непростая. И в литавры по поводу скорого окончания строительства «Северного потока-2» бить еще рано. Не стоит также забывать, что Дания не дала окончательного разрешения на прокладку газопровода через свои территориальные воды — это тоже проблема.

«СП»: — Если европейцы частично перекроют «Северный поток-2», где они будут брать газ?

— Европейцы рассчитывают на поставки американского СПГ через Атлантику, и уже обязались начать строительство новых терминалов по приему сжиженного газа. Да, сжиженный газ сегодня примерно вдвое дороже трубопроводного. Но у него свои преимущества — СПГ, например, легче хранить и транспортировать.

Что до дороговизны, предписания ЕК могут сыграть здесь ключевую роль — страны ЕС будут вынуждены покупать более дорогой газ.

Замечу, мы действуем по аналогичной схеме. В Калининграде мы построили терминал для приема СПГ, хотя туда идет газопровод через территорию Литвы. Калининградский терминал абсолютно невыгоден с коммерческой точки зрения, но мы пошли на его строительство, опасаясь рисков в условиях растущей конфронтации с Западом, в том числе с ЕС.

Европейцы действуют в рамках той же логики — но нас это почему-то удивляет.