ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОССИЮ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Эксперты назвали прогноз Минэкономразвития крайне маловероятным
Александр Лесных

Аудитор Счетной палаты Алексей Саватюгин назвал инфляцию главной угрозой для российской экономики: сейчас ее годовой темп превышает 8,13%, хотя всего месяц назад Минэкономразвития ожидало итоговый показатель в 7,4%. «Известия» выяснили, насколько этот прогноз актуален и почему в России не получается обуздать рост цен.

Главная опасность
Несмотря на резко разогнавшуюся в этом году инфляцию, показатель которой в сравнении с ноябрем прошлого года в два раза превышает таргет Банка России в 4%, серьезных макроэкономических проблем у России нет, уверен Алексей Саватюгин.

«Для макроэкономической стабильности в России сейчас вообще не так много угроз. Потому что у нас стабильная макроэкономическая ситуация, спасибо мировой конъюнктуре, у нас золотовалютные резервы на историческом максимуме, накоплена хорошая финансовая подушка», — объяснил свою позицию аудитор СП.

Действительно, инфляция сейчас — одна из главных тем в российской экономической повестке, поскольку то, как сказывается рост цен на благосостоянии, в режиме реального времени ощущает на себе каждый житель страны. Но подойти к этой проблеме стоило бы с другой стороны, считает доцент департамента прикладной экономики факультета экономических наук НИУ ВШЭ Владимир Бессонов.

«Инфляцию главной угрозой для российской экономики я не считаю. Главная угроза для нас сейчас — низкие доходы населения, и об этом неоднократно говорил президент Владимир Путин», — сказал ученый в беседе с «Известиями».

При этом он уверен, что так остро нынешний показатель роста потребительских цен ощущается именно из-за того, что совсем недавно он был кратно ниже. В прошлом октябре инфляция соответствовала таргету Банка России, а в начале 2020-го и вовсе составляла 2,4% год к году. Ученый напоминает, что в 2000-х инфляция и вовсе была двузначной, но благодаря стремительному росту экономики и доходов населения она совершенно никого не волновала.

Отрубили одну — выросли две
Все опрошенные «Известиями» аналитики сходятся во мнении, что нынешний рост потребительской инфляции в основном обусловлен внешним фактором. Так, старший аналитик «Сбер Управление Активами» Владислав Данилов отметил, что во всем мире значительно растут цены на сырьевые товары, продовольствие и некоторые предметы длительного пользования вроде автомобилей, производители которых страдают от дефицита полупроводников. Во-вторых, ощутимый вклад в разгон инфляции в сентябре-октябре внес плохой урожай. Этот фактор повлиял на сезонное осеннее торможение инфляции, которое обычно связано с выходом большого объема продуктов питания на потребительский рынок.

«Россия столкнулась с импортируемой инфляцией, индекс цен продовольственных цен в октябре вырос на 33% год к году. Россия — страна со средним уровнем доходов, из-за этого доля продовольствия в потребительской корзине относительно велика — около 40%», — соглашается главный аналитик ИК «Иволга Капитал» Марк Савиченко.

Попытки Банка России повлиять на инфляцию через повышение ключевой ставки на первый взгляд кажутся провальными. Регулятор начал цикл ужесточения денежно-кредитной политики еще в марте этого года, но цены всё равно продолжают расти, притом что этот показатель — единственный таргетируемый со стороны ЦБ.

Но уровень ключевой ставки — далеко не единственное, от чего зависит инфляция. Так, руководитель аналитического департамента AMarkets Артем Деев объясняет, что этот фактор действует на рост цен опосредованно: растет стоимость заемных средств для бизнеса и населения. Более дорогие кредитные деньги брать невыгодно, потому предприятия и граждане снижают спрос на заемные средства. Это потом отражается в макростатистике, в том числе на инфляции.

«Решения ЦБ по монетарной политике в полной мере влияют на динамику спроса и цен не сразу, а с некоторым лагом, который ЦБ оценивает на уровне 3–6 кварталов. Это значит, что предыдущие решения ЦБ еще не в полной мере повлияли на динамику цен и продолжат оказывать сдерживающее влияние на инфляцию в будущем», — добавляет Владислав Данилов.

Марк Савиченко уточняет, что если бы Банк России оставил ключевую ставку на уровне начала весны, 4,25%, то инфляция сейчас была бы гораздо выше, хотя и сложно сказать, насколько именно. Но однозначно в такой ситуации сложился бы избыточный спрос на кредитование со стороны физлиц и бизнеса. Помимо перегрева рынков, это привело бы к по-настоящему критической ситуации, в которой компаниям было бы сложнее запустить новый инвестпроект из-за невозможности рассчитать реальные денежные потоки при неопределенной инфляции.

«То же самое касается банков: высокая и неопределенная инфляция критически сильно сокращает сроки возможного финансирования, что значительно усложняет финансирование долгосрочных, масштабных проектов», — говорит Савиченко.

Поспешили с прогнозом
Все опрошенные «Известиями» эксперты назвали прогноз Минэкономразвития крайне маловероятным: инфляцию в 7,4% по итогам этого года мы вряд ли увидим. Артем Деев отмечает, что соответствующие расчеты были сделаны до выхода последних данных об инфляции в США, ставшей по итогам октября рекордной за последние 30 лет.

Владимир Бессонов соглашается с тем, что прийти к прогнозной инфляции в этом году уже не удастся: в зависимости от ситуации итоговый показатель будет между 8 и 9%.

«Индексы цен в целом очень подвижны и могут от многого зависеть. Оставшиеся полтора месяца — это действительно очень мало, но за это время может произойти всё что угодно. Давайте отмотаем время на полтора месяца назад: в самом начале октября заболеваемость была на уровне 25 тыс. человек в день, и ни о каких антиковидных ограничениях речи не шло», — говорит Бессонов.

Владислав Данилов ожидает, что значительного ускорения инфляции в России до конца года не будет ввиду высокой базы конца 2020-го. Важно понимать, что в конце года на рост потребительских цен давит еще и новогодний спрос на отпуска, подарки, деликатесы для праздничного стола и т.д. С одной стороны, так происходит каждый год, из-за чего вклад этого периода в общую инфляцию должен быть минимальным. С другой стороны, заметная тенденция к росту трат заметна уже сейчас. По данным «СберИндекса» в период распродаж середины ноября (с 8-го по 14-е число) наблюдался значительный рост трат в непродовольственном сегменте: плюс 15,1% в товарах и плюс 8% в услугах в этом году против 12,4% и 6,7% соответственно в прошлом году.

Владимир Бессонов подытожил, что тенденцию быстрого роста цен удастся сломить, только остановив дальнейшее распространение коронавируса в России. По его мнению, всё перестанет дорожать только по мере продвижения процесса вакцинации, бизнес привыкает к сложившейся ситуации, решая проблемы вроде нарушения цепочек поставок, а вместе с этим оживает и рынок услуг.