ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОССИЮ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Дело Каганского. Полицейские генералы Хорев и Глухов оказались следствию не по зубам, и громкое анткоррупционное расследование завершилось историей о банальном мошенничестве.

Уголовное дело, о котором осенью 2011 года говорили не иначе как о мощном ударе по коррупции в руководстве ГУВД Москвы и департаменте экономической безопасности МВД России (ДЭБ), завершилось обвинительными приговорами. Хорошевский районный суд Москвы осудил к 5,5 года колонии общего режима бывшего офицера ДЭБ, бизнесмена Максима Каганского, и к 3,5 года колонии общего режима бывшего следователя по особо важным делам Главного следственного управления ГУ МВД по Москве Нелли Дмитриеву. Но осудили Каганского и Дмитриеву не за вымогательство и взятки, а за мошенничество «в особо крупном размере» (часть 4 статьи 159 УК РФ).

Такой финал громкого антикоррупционного уголовного дела можно считать провальным. Потому что в оперативном сопровождении расследования этого преступления были задействованы слишком серьезные силы и средства. И результат планировался совершенно иным. С куда более длинной скамьей подсудимых и с фигурантами, носящими генеральские погоны.

Максим Каганский попал в поле зрения ФСБ и Управления собственной безопасности МВД России по причине своей репутации «самого эффективного решалы». Молва приписывала Каганскому незаурядные способности в «решении» абсолютно любых вопросов с начальником Главного следственного управления Москвы генерал-майором Иваном Глуховым и первым заместителем начальника ДЭБ МВД России генерал-майором Андреем Хоревым. Будь то закрытие уголовного дела или, наоборот, возбуждение, когда это необходимо для устранения бизнес-конкурента. Ни для кого не было секретом, что Каганский дружил и с Глуховым, и с Хоревым. Генералы тоже не скрывали своего знакомства с Каганским.

Приближались выборы депутатов Госдумы, возникла острая необходимость снабжать федеральные телеканалы материалами, доказывающими, что в стране развернулось широкомасштабное наступление на коррупцию, идет разоблачение «оборотней» в правоохранительных органах. В условиях жесткого цейтнота у силовиков не оставалось времени на более основательную «разработку» Каганского и его связей с полицейскими генералами. Быстро слепили уголовное дело о вымогательстве трех миллионов долларов у двух бизнесменов за прекращение их уголовного преследования и 23 сентября 2011 года провели «оперативное мероприятие».

Пресс-служба МВД тогда громогласно заявила, что в результате совместной спецоперации ФСБ и МВД были задержаны «с поличным при получении взятки в 1,5 млн долларов» члены «организованной преступной группы». Страна узнала, что бизнесмен Каганский, бывший офицер ДЭБ МВД, подозревается в посредничестве при передаче взяток высокопоставленным сотрудникам правоохранительных органов. Что во время обыска коттеджа Каганского были обнаружены документы, подтверждающие его общие бизнес-интересы, деловые и дружеские связи с генералами Андреем Хоревым и Иваном Глуховым. К примеру, был обнаружен договор приобретения гостиницы в Черногории, оформленный на жен Каганского и Хорева; дарственная на элитную квартиру в пользу отца генерала, фотографии совместного отдыха. А с сыном генерала Глухова у Каганского оказался совместный бизнес. К примеру, московский ресторан «Чердак», оформленный на жен Каганского и Глухова-младшего. Они же были и совладелицами столичной компании «Трансмайер», занимавшейся грузоперевозками.

Между тем «оперативное мероприятие» — «передача взятки» под контролем — было проведено настолько топорно, что Каганскому удалось выскользнуть из плотного кольца оперативников и скрыться. Пришлось задерживать тех, кто подвернулся под руку: водителей Каганского — Емельянова, Кириллова и охранника Чуприна.

Через десять дней после ареста водителей и охранника Каганского, 4 октября 2011 года, репортеры главных выпусков новостей федеральных ТВ-каналов рассказывали уже о задержании по подозрению в коррупции следователя Нелли Дмитриевой.

Именно ей Каганский якобы и должен был передать 1,5 млн долларов — половину трехмиллионной взятки. Дмитриеву СМИ тоже «привязали» к генералу Глухову. Это было совсем не сложно — генерал Глухов был непосредственным руководителем майора Дмитриевой.

Скрывшегося Максима Каганского нашли и задержали под Новосибирском лишь 17 января 2012 года. Выборы депутатов Госдумы к тому времени уже прошли. Прошел и обличительный пафос пресс-секретарей. Уже не было необходимости говорить о Каганском как о посреднике между бизнесменами, переступившими закон, и генералами, в чьих руках была судьба уголовных дел в отношении этих бизнесменов. «Решале» и его «подельникам» уже не инкриминировали курьерскую доставку взяток следователям и их руководству. Их стали представлять простыми мошенниками, «разводящими» доверчивых заказчиков.

Дело откровенно не клеилось. Каганский в ходе следствия о своих генеральских связях не проронил ни слова. Молчала и выпущенная из СИЗО под подписку о невыезде Дмитриева. Более того, и обвиняемые, и их адвокаты начали все громче и громче говорить о том, что стали жертвами провокации силовиков. Потому что «потерпевшие» в этом уголовном деле стали потерпевшими «по просьбе» оперативников, деньги же на передачу обвиняемым были выданы из кассы ФСБ (50 тыс. долларов, остальное нарезали из газет). А главным свидетелем обвинения стал Андрей Казбанов, бывший офицер МВД, который с трудом скрывал, что был заинтересован стать единоличным владельцем многомиллионного бизнеса — мини-нефтеперерабатывающего завода и сети АЗС в Волгоградской области, принадлежащих «впополаме» ему и Каганскому (см. «Новую», № 45 от 24 апреля 2013 г.).

Уже в ходе судебного процесса и Каганский, и Дмитриева говорили о том, что следствие больше всего интересовал компромат на генералов Глухова и Хорева, но им нечем было порадовать сыщиков, потому что они якобы ничего не знали о криминальной стороне деятельности генералов.

Яну Кириллову 3 года и 6 месяцев. Когда арестовали его отца, мальчик замолчал. И за 22 месяца не проронил ни слова (письменное согласие родителей на публикацию фото получено)

Не порадовала следствие и «организованная преступная группа» — охранник и водители Каганского отвергли предложения о «чистосердечном признании, явке с повинной и сотрудничестве». Все трое настаивали, что не посвящены в дела своего шефа. И это похоже на правду, даже прокуратора неоднократно выступала против продления ареста Емельянову, Чуприну и Кириллову, не находя достаточных оснований для содержания их в СИЗО. Но суд каждый раз продлевал арест. Следствие, очевидно, изначально допустило ошибку, превратив обслуживающий Каганского персонал в соучастников преступления. Против себя они свидетельствовать, естественно, не стали.

Уже в финале судебного процесса прокуратора настояла на освобождении Емельянова, Чуприна и Кириллова «в связи с непричастностью к преступлению». И суд был вынужден выпустить их «из-под стражи в зале суда».

Ни Каганский, ни Дмитриева своей вины не признают и намерены обжаловать приговор Хорошевского райсуда в Мосгорсуде.

А Емельянов, Чуприн и Кириллов намерены добиваться полной реабилитации и компенсации материального и морального ущерба за 22 месяца, проведенных в СИЗО.

Генерал Хорев покинул МВД в 2011 году, где трудится сейчас — не афишируется.

Генерал Глухов, 11 лет возглавлявший ГСУ ГУВД Москвы, в июне 2012 года ушел на пенсию