ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОДИНУ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Импортозамешение — шанс повторить индустриализацию страны, но санкции пока не стали толчком к развитию
Игорь Землянский
Фото: Валентин Спринчак/ТАСС
Материал комментируют:
Никита Кричевский

Образ России в мировом информационном поле десятилетиями формировался извне и часто сводился к упрощённым формулам, где доминировали природные ресурсы и геополитическое противостояние.

Однако сегодня этот шаблон трещит по швам. На смену ему приходит совершенно иной нарратив, озвученный не политтехнологами, а людьми культуры и представителями институтов развития.

«Россия фактически оказалась Ноевым ковчегом для здоровой части человечества», — эта фраза советника президента РФ Елены Ямпольской звучит не как метафора, а как констатация глубокого цивилизационного сдвига. Она фиксирует момент, когда страна перестаёт быть лишь поставщиком сырья и начинает предлагать миру нечто несоизмеримо более редкое и ценное.

Традиционные ценности, продвигаемые Россией, становятся эксклюзивным «товаром», который, по словам Ямпольской, не сопоставим по значимости с нефтью и золотом. И спрос на него уже формируется.

Чтобы понять ценность этого предложения, нужно посмотреть на то, что происходит на условном Западе. А там разворачивается масштабный социальный эксперимент по демонтажу привычных основ человеческого бытия. Понятия пола, семьи, родительства, отношения к истории и смерти подвергаются радикальной ревизии.

В этой системе координат человек теряет точку опоры. Он оказывается в мире текучих смыслов, где нет ничего постоянного, кроме права на абсолютную индивидуальную свободу, которая парадоксальным образом оборачивается тотальным одиночеством и тревогой. Общество атомизируется, связи рвутся, институты деградируют.

Россия дает альтернативу. И это не попытка законсервировать прошлое, а предложение твёрдой почвы под ногами. Речь идёт о базовой матрице человеческих отношений: уважение к родителям, святость брака как союза мужчины и женщины, безусловная ценность детской жизни, приоритет общего блага над частным интересом, историческая память без мазохизма и чувства вечной вины.

Для огромного числа людей, уставших от идеологии Запада, эти простые истины становятся глотком кислорода, превращаясь из банальностей в дефицитный ресурс. Нефть можно найти в другом месте, золото добыть на других приисках, но купить билет на борт корабля, где базовые законы природы и социума ещё действуют, становится почти невозможно.

Цифры подтверждают тренд

Если слова политиков и деятелей культуры могут показаться публицистикой, то статистика Агентства стратегических инициатив (АСИ) переводит дискуссию в плоскость сухих фактов.

Глава АСИ Светлана Чупшева сообщила в интервью РИА Новости о результатах программы «Время жить в России». С апреля этого года иностранные специалисты подали 658 заявок на переезд в РФ.

География поражает охватом: Азия, Ближний Восток, Европа, США, Канада. Средний возраст участников — 25−45 лет. Это самый продуктивный, активный слой населения, люди на пике интеллектуальных и творческих сил.

За цифрами — конкретные человеческие судьбы. Это инженеры из Кремниевой долины, которым надоело прогонять свой код через фильтры корпоративной этики. Это биологи из европейских лабораторий, которых заставляют подписывать декларации о гендерном разнообразии клеток.

Это режиссёры и музыканты, чьи творческие замыслы блокируются цензурой новых норм. Это врачи, уставшие от того, что медицина превращается в конвейер по оказанию платных услуг, лишённый сострадания.

Программа заработала 15 апреля текущего года и открыла «зелёный коридор» для учёных, спортсменов, деятелей креативных индустрий и студентов с высокими академическими результатами. Это осознанная политика по привлечению мирового интеллекта в страну, гарантирующую ему право оставаться собой.

Историческая параллель

Ничего принципиально нового в таком подходе нет, хотя исторический контекст кардинально изменился. В 1930-е провести форсированную индустриализацию Советскому Союзу помогли тысячи иностранных специалистов — американцев, немцев, чехов.

Знаменитый ГАЗ проектировала фирма Ford, Днепрогэс консультировали немцы. Магнитка и Кузбасс строились при активном участии зарубежных инженеров-практиков.

Далеко не все они исповедовали коммунистические идеи или искренне верили в мировую революцию. Чаще ими двигало профессиональное честолюбие, желание реализовать проекты планетарного масштаба. Плюс экономический прагматизм Великой депрессии.

Сегодняшняя ситуация зеркальна, но имеет иную природу. Современному западному специалисту тоже предлагают масштаб — участие в реальном импортозамещении, создании суверенных технологий, строительстве новых городов и научных кластеров.
Но главным магнитом выступает не только профессиональный вызов. Им предлагают среду, свободную от диктата квот, обязательных местоимений и необходимости извиняться за цвет своей кожи или пол. Если сто лет назад иностранцы ехали в Страну Советов строить заводы для диктатуры пролетариата, то в XXI веке они выбирают Россию во имя сохранения человека как вида.

Кто и почему стучится в нашу дверь

Анализ географии даёт любопытную картину.

Ближний Восток. Этот регион, богатый капиталом, но ищущий точки приложения для молодого, светски образованного поколения, которое хочет заниматься наукой и IT вне жестких рамок архаичных традиций или внешнего давления.

Европа и Северная Америка. Здесь запрос исходит от так называемых «молчаливых масс» профессионалов.

Людей либеральных взглядов, которые вдруг обнаружили, что современный леволиберальный дискурс стал гораздо менее терпимым и более репрессивным, чем консерватизм, который они привыкли критиковать. Для них Россия выглядит пространством здравого смысла.

Цена билета на Ковчег

Метафора Ямпольской точна ещё и тем, что любой ковчег подразумевает отбор. Туда попадают не все желающие, а те, кто нужен для продолжения пути и созидания после потопа.

Потоп XXI века — это поток релятивизма, размывающий саму суть человеческой идентичности.

658 заявок за несколько месяцев — только начало ручейка. Он будет расти по мере углубления культурных разломов в западных обществах. Россия получает уникальный исторический шанс.

Вопрос лишь в том, насколько эффективно мы сами сможем распорядиться этим внезапно возникшим конкурентным преимуществом.

Билеты на Ковчег начинают дорожать, и скоро их смогут позволить себе далеко не все. Но главное — сохранить мореходные качества.

Прокомментировать данные АСИ и оценить экономический потенциал новой волны миграции «Свободная Пресса» попросила доктора экономических наук, профессора Никиту Кричевского.

«СП»: Никита Александрович, 658 заявок от западных специалистов — реальный драйвер или просто красивый PR-ход на фоне реального дефицита высокопрофессиональных кадров внутри страны?

— Это ничтожно мало, и России точно никак не поможет. Макроэкономическую политику определяют точно не 658 человек. Для понимания скажу, что число замещённых рабочих мест в нашей экономике составляет 34 млн человек.

Это, если что, не мои данные, а Росстата. Ну, а желание кого-то приехать к нам — естественный процесс. Кто-то приезжает за длинным рублём, кто-то — уезжает, заработав этот длинный рубль. Естественная ротация.

«СП»: Какую экономическую нишу они закроют: создадут с нуля новые технологии или просто станут высокооплачиваемой наемной силой для латания дыр в текущем импортозамещении?

— Вот чего точно не будет с их приездом, это новых технологий — не для этого они сюда едут, а, чтобы просто здесь стать высокооплачиваемым обслуживающим персоналом.

«СП»: Не приведёт ли приток платежеспособных иностранцев к росту цен на жилье и услуги в научных кластерах?

— 658 человек — точно ни к чему не приведут. Едут они на готовое жильё — в командировку, а не для того, чтобы пустить здесь корни. Семьи свои они вряд ли планируют сюда привозить, им это не надо.

«СП»: Насколько устойчив этот поток? Не развернутся ли эти люди обратно при первой же коррекции мировых рынков, если дома им предложат зарплату выше нашей?

— Ответить на этот вопрос я не могу, но ещё раз повторю, ротация кадров — это естественный процесс! В былые времена иностранцев приезжало к нам десятки тысяч, и это только на крупные предприятия, включая финансовый и банковский сектор.

658 человек — капля в море. В условиях стагнации, в которой оказалась не только наша экономика, но и общество, к нам в настоящее время можно приезжать только для того, чтобы зарабатывать деньги и уезжать вместе с ними.

«СП»: 1930-е годы СССР привлёк Форда и тысячи инженеров для строительств у нас заводов. Сейчас что-то подобное возможно?

— Тогда был мировой экономический кризис — Великая депрессия. Предприятия разбирались и перевозились за копейки, вместе с технологиями.

Естественно, на какое-то время в СССР оказывались иностранцы, которые основывали здесь советские инженерные школы. Возникали НИИ, конструкторские бюро, с нуля были созданы целые отрасли, например, шарикоподшипниковая.

Но им, прежде всего — зарубежным инженерам, за это платили зачастую золотом. И тогда речь шла о тысячах иностранных спецов. А что могут сделать 658 человек?

«СП»: Советник президента РФ Елена Ямпольская заявила, что Россия фактически оказалась Ноевым ковчегом для здоровой части человечества. Вы согласны?

— Это просто лозунг, слова, вброшенные в никуда и ничем не подкреплённые. Не стали мы никаким ковчегом.

Сейчас мы — страна-изгой, на которую наложены десятки тысяч санкций. Конечно, они могли бы стать толчком для развития России. Увы, не стали. Но это уже другая тема. А то, что Ямпольская сказала, так ей по должности положено это говорить, вы бы на её месте оказались, говорили бы то же самое…