ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОДИНУ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

В России вновь заговорили о трудовом воспитании детей с 12 лет

Моя мама — поздний ребенок, четвертая дочь в семье. А моя бабушка родилась вообще в 1907 году. Страшно представить! В буквальном смысле — в лесу на кордоне, в семье лесничего. Когда ей исполнилось восемь лет, ее отдали в город — в няньки к доктору. На дворе стоял 1915-й.

И если бы через два года страну не шарахнуло революцией, ликбезом и всей этой советской гонкой за образованием для бедных, то, скорее всего, ее жизнь так бы и прошла между чужими детьми, кухней и стиркой.

Хотя доктор, надо сказать, оказался человеком порядочным — многому ее научил. Бабушка прожила 98 лет, умерла уже в XXI веке, всю жизнь питалась и жила так, как сейчас модно называть «ПП» и «ЗОЖ». Стакан воды с лимоном и медом по утрам, никакого обжорства, пешком на дачу ходила до 95 лет, без нытья и капризов. Некоторые ее привычки я помню до сих пор, хотя и не переняла - каюсь, ленива.

Правда, дальше «читать-писать» образование у бабушки не продвинулось. Некогда было. Надо было выживать и поднимать детей.

Но знаете, что важно? Она сделала все, чтобы ее четыре дочери жили иначе. Всем дала образование. Всем. И это в стране, где при Сталине даже старшие классы школы какое-то время были платными.

И главное — она никогда не выдирала дочерей из-за книг ради «трудового воспитания». Никогда не отправляла их мыть полы в магазин или стоять у станка на завод в каникулы. Она повторяла одну простую вещь:

«Учитесь. Наработаться ещё успеете».

Потому что человек, проживший детство в прислугах, очень хорошо понимает цену образованию и нормальной человеческой жизни.

А теперь — внимание. 2026 год. Москва. Детский омбудсмен вдруг решает, что детям с 12 лет страшно не хватает трудового опыта. Видимо, все школьники ночами рыдают в подушку, потому что не могут достаточно рано пойти таскать коробки, драить полы или стоять за кассой.

Удивительное движение вперед. Весь мир автоматизирует труд, разгружает человека, вводит четырехдневки, обсуждает обязательный базовый доход и ИИ. И только мы с какой-то маниакальной настойчивостью пытаемся откатиться обратно в XIX век.

То один депутат на днях предложил фактически крепостное право для студентов: отработай по распределению и не смей уезжать из региона. То старшеклассников пару лет пытались отправить на опасные производства — конечно же, исключительно потому, что они сами «очень просят». Верим. Дети, они такие.

Признайтесь честно, стране нужны рабочие руки.

Желательно дешевые и бесправные. Мигранты уезжают. Таджики больше не рвутся в Россию так, как раньше. Медитирующие индусы почему-то тоже не мечтают массово пахать за копейки. Удивительно, правда? Иностранцы почему-то не желают работать в стране, где их встречают сакраментальным: «Вы нам здесь не нужны!» А наши гордые люди трудиться на низкоквалифицированных должностях тоже не хотят. Тогда кто?

Ну, конечно. Дети на каникулах.

Очень удобно вообще. Все происходящее можно назвать «трудовым воспитанием», «социализацией», «ранней профориентацией» — и делать вид, что речь идет не о банальной подготовке дешевой рабочей силы.

Автор: Екатерина Сажнева