ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОДИНУ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Академик Игорь Маринин: Новые ракеты нам вроде как и не нужны пока, а понадобятся — сделаем
Михаил Зубов
Фото: Bill Ingalls/Nasa/Global Look Press
Материал комментируют:
Игорь Маринин

В последних числах июля американцы впервые осуществили успешный пуск самой тяжёлой ракеты в мире — Super Heavy V-3. Она подняла из штата Техас 20 спутников и один перспективный космический корабль Starship. Спутники успешно расставились по орбитам, а Starship в беспилотном режиме благополучно приводнился, сделав один виток вокруг Земли. Возвращаемые многоразовые ступени ракеты тоже приземлились штатно.

И в эти же дни Китайская аэрокосмическая компания CAS Space объявила о новом этапе развития своей программы многоразовых ракет и космических кораблей. Ракеты, ступени которых можно использовать повторно, Китай уже испытывал, а первый пуск такой ракеты в комбинации с многоразовым кораблём Lihong-2 запланирован на конец 2026 года.

На этом фоне достижения Роскосмоса выглядят менее впечатляющими. С отремонтированной площадки № 31 космодрома Байконур 14 июля успешно стартовал экипаж 75-й экспедиции на МКС.

Бортинженер Анна Кикина в ходе 260-дневной экспедиции на станцию будет испытывать робота, который предназначен для службы в открытом космосе на поверхности станции.

Зовут робота «Теледроид», на его основе в дальнейшем будут созданы роботы-ремонтники для обслуживания всей российской спутниковой группировки.

А в день, когда взлетела Super Heavy V-3, вернулась с орбиты 74-я экспедиция, которой руководил Сергей Кудь-Сверчков. На долю этой экспедиции выдалась тяжёлая миссия: несколько недель обслуживать огромный космический дом лишь втроём — после спешной эвакуации четырех остальных исследователей космоса из американской миссии Crew-11.

Однако ничего нового Роскосмос в последние годы не демонстрирует. Личный героизм наших космонавтов — это константа. А летаем мы на тех же ракетах «Союз-2.1а» и кораблях «Союз-МС», что и десять лет назад. Да и «Теледроид» — только для нас новинка. Китайцы такие космические машины давно делают, а у американцев есть уже роботы-ремонтники следующего поколения, работающие автономно по всей орбите.

В апреле Денис Мантуров сообщил на Российском космическом форуме, что у нас тоже появится новинка — многоразовая ракета. По его словам, запуск ракеты-носителя «Амур-СПГ» с последующей посадкой её первой ступени запланирован на 2028 год.

Однако заместитель генерального директора «Роскосмоса» по ракетным программам Дмитрий Баранов в недавнем, июльском интервью не подтвердил сроков, названных первым вице-премьером. Конструктор ограничился предположением, что со временем эта ракета придёт на смену носителю «Союз-2».

Если же сравнить характеристики «Амур-СПГ» и Super Heavy V-3, то наша ракета сможет вывести на орбиту 10 тонн полезного груза, а американская — в 20 раз больше — 200 тонн. При необходимости можно исполнить её в одноразовой конфигурации, тогда грузоподъёмность увеличивается ещё вдвое — до 400 тонн.

Самая тяжелая из наших ракет — «Ангара-А5» — может доставить на орбиту около 24 или 25 тонн полезного груза, в зависимости от того, с какого космодрома стартует: Плесецк даёт немного меньше грузовых возможностей, чем Восточный.

О том, почему Россия, в отличие от других космических сверхдержав, перестала удивлять новинками в ракетостроении, «Свободной Прессе» рассказал академик Российской академии космонавтики им. Циолковского, член Общественного совета «Роскосмоса» Игорь Маринин.

«СП»: Игорь Адольфович, мы не делаем таких же больших ракет, как американцы, не спешим с многоразовыми носителями и кораблями потому, что не можем — технологически отстали, или просто не хотим?

— Мочь-то мы можем, просто это стоит достаточно больших денег, а задач для тяжелых ракет у нас пока не существует. У американцев и китайцев сейчас амбиции, связанные с возвращением человека на Луну. Для таких пилотируемых полётов нужны мощные ракеты.

А у нас пилотируемой лунной программы даже в проекте нет. Вот смотрите: 20-тонный модуль для орбитальной станции делается пять лет. Сколько времени нужно, чтобы сделать стотонный аппарат для доставки людей к спутнику Земли, высадки людей на Луну и возвращения их обратно? Если такая работа начнётся, то она будет намного дольше, чем нужно времени, чтобы создать тяжелую ракету.

И сколько это будет стоить? Красиво жить не запретишь. У Маска бюджет больше, чем у большого количества стран Европы вместе взятых. Он может себе позволить Super Heavy, которая полезно отработала только с тринадцатого раза. Первые ракеты взрывались, падали, не возвращали многоразовые ступени, потом пошли пуски без полезного груза — просто с весом.

А у нас, даже в Советском Союзе после того, как четыре пуска сверхтяжелой лунной ракеты Н-1 закончились неудачей (в 1969 году, — «СП»), на программу высадки человека на Луну деньги кончились.

Сейчас тем более — бюджеты такие, которые не позволяют шиковать. А то, что нам нужно — мы делаем. Работа над многоразовой ракетой «Амур-СПГ» идёт. Но эта ракета, чтобы иметь экономический смысл, должна быть дешевле и в эксплуатации, и в стоимости доставки грузов, чем пуски одноразовых «Союзов». Когда это получится — она заменит «Союзы».

А все остальные новые ракеты (за исключением уже созданных «Союз-5» и «Ангары») нам, вроде как, и не нужны пока. «Ангара» повезёт на орбиту элементы Российской орбитальной станции.

«СП»: Ракет «Ангара» у нас достаточно, чтобы собрать РОС?

— Во-первых, их достаточно, во-вторых, у нас ещё есть ракеты «Протон», производство которых остановлено, но девять штук полностью готовы к стартам. И тоже могут выводить как двадцатитонные модули на низкую орбиту, так и и более трёх тонн на геостационарную орбиту.

Количество пусков у нас уменьшилось, потому что мы не можем сейчас выводить в космос зарубежные спутники с американскими или европейскими комплектующими.

Ракеты экономятся, резерв у нас накопился достаточно большой.

Штамповать «Ангару» десятками штук в год сейчас нет необходимости. Поэтому в данное время потихонечку переводят их производство из Москвы в Омск, где по разным причинам себестоимость получается ниже.

Амбициозных задач у нас нет, сверхтяжёлый носитель в планах на ближайшие 10 лет не стоит, а текущая работа в космической отрасли идёт.

«СП»: Мантуров в апреле сказал, что «Амур-СПГ» с возвращаемой первой ступенью запустят в 2028 году, а главный конструктор ракет Баранов в недавнем интервью ничего не сказал о сроках. Так запустят или нет?

— Я думаю, что Мантуров имел в виду начало первых испытаний. Согласно планам, в 2028 году должны попробовать вернуть первую ступень. То есть это не ракета целиком, а изделие с двигателями, системой управления и небольшими баками. Первый пуск — на несколько сотен метров. Если ступень вернётся благополучно, то будут назначены следующие пуски — уже на несколько километров (7 или 10). Причём садиться ступень будет как на оборудованную площадку, так и на необорудованную.

Вот эти испытания элементов ракеты планируется начать в 2028 году. Но это — планы. На них могут повлиять такие вещи, как финансово-экономическое положение, другие возможные сложности. Поэтому Баранов, отвечающий за всю эту работу, предпочитает даже плановых сроков не озвучивать. Всё может сдвинуться вправо, даже если будут удачные пуски. А уж при обнаружении проблем или авариях, на которые не скупится тот же Маск — график будет сдвигаться.

Эта осторожность Баранова абсолютно логична. И у Королёва сдвигалось вправо, и у Маска это происходит постоянно, и у китайцев то же самое.

Сейчас мы исходим из того, что примерно к 2030 году или в начале следующего десятилетия ракета «Амур-СПГ» должна быть отлажена и начать постепенно заменять «Союз-2».

«СП»: Корабль «Союз-МС» летает с 2016 года, но фактически это — лишь глубокая модернизация того самого «Союз-1», который совершил первый пилотируемый полёт в апреле 1967 года. Тот полёт стал вторым и последним для космонавта Комарова. На будущий год кораблю «Союз» исполнится 60 лет. Не пора ли создать что-то новое?

— Корабль ПТК НП (перспективный транспортный корабль нового поколения, он же — «Федерация», он же — «Орёл» и так далее) создаётся, идёт над ним работа. Но опять-таки конкретных задач для него сегодня нет.

Делать его и запускать на «Ангаре», которая пока ещё достаточно дорогая, — нет смысла. На Луну на нём мы пока лететь не собираемся. Поэтому проект теплится, но в ближайшие годы активизировать работу не обязательно. Я думаю, что в ближайшие пять лет такой корабль просто не будет нужен.

А для доставки трёх человек экипажа на Российскую орбитальную станцию достаточно объёмов корабля «Союз». Это будет уже не «Союз-МС», а новый «Союз-РОС». Там идёт серьёзная модификация: он будет легче по весу за счет новых материалов, новой аппаратуры, новых скафандров. Значит, в него можно будет помимо космонавтов загрузить больше полезных на РОС вещей.

Я вот что хочу подчеркнуть. У нас часто говорят: они там за границей делают что-то, а почему мы такого не делаем? Этот вопрос мне кажется неактуальным. Почему мы не делаем того, что нам не нужно? Потому что не нужно.

Я бы поставил вопрос так: почему мы иногда не делаем то, что нам нужно? А такое тоже случается. Вот на этот вопрос требуется добиваться ответов. Потому что актуальные задачи не всегда выполняются хорошо и полностью.

Важно следовать нашим собственным планам, а не подражать иностранцам. Ну не очень нам нужна Луна. Посмотрим ещё, зачем она американцам и китайцам понадобилась. Лунный грунт тоннами возить?

А если это нам очень понадобится — сделаем мы и мощную ракету. Тем более, что для неё всё готово. Ракета «Союз -5» («Байтерек»), которую мы в апреле запустили, создавалась не только для индивидуальных пусков, но и для супертяжеловеса. Как мы в 80-е годы отлаживали ракеты «Зенит», чтобы вмонтировать их в носитель «Энергия-Буран», так и при появлении задачи — сделать большую ракету — «Союзы-5» установят туда в качестве первых ступеней-«боковушек».