ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОДИНУ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Приоритет в развитии отечественного Искусственного Интеллекта — военные технологии
Ирина Мишина
Фото: В. Кольцова/Создано ИИ/ТАСС
Материал комментируют:
Владимир Зыков

Закон о регулировании, разработке и применении Искусственного Интеллекта (ИИ) в России подписан президентом.

Среди основных принципов в сфере ИИ — технологическая независимость, учет и уважение традиционных российских духовно-нравственных ценностей, а также безопасность. Это в теории. Как это будет обеспечиваться на практике?

В принципе, об этом законе говорили давно: на ИИ сейчас завязан самый разнообразный бизнес. И многие работы, связанные с ИИ, прямо или косвенно сопряжены с оборонкой или государственной тайной, где давно назрела необходимость принимать свои правила игры.

Смысл документа в том, что он вводит понятия суверенных и национальных моделей ИИ и открывает разработчикам доступ к государственным данным для обучения.

Национальная модель должна создаваться российской компанией, однако при ее разработке допускается использование зарубежных компонентов — на условиях открытых лицензий.

Самое интересное в законе то, что он вводит понятия суверенных и национальных моделей ИИ: первые должны разрабатываться российскими компаниями на всех стадиях цикла, вторые могут использовать зарубежные компоненты и открытые решения.

Закон с самого начала вызвал разногласия в экспертном сообществе. Известный разработчик, пожелавший остаться неназванным, даже косвенно обвинил членов правительства в лоббизме законопроекта в интересах бизнеса, а также в его неподготовленности. Для начала специалисты обращают внимание на то, что ИИ распался на 2 части: национальный (за него отвечает «Яндекс») и суверенный (его разработку и продвижение взял на себя «Сбер»).

— Законопроект в его нынешнем виде ограничивает ИИ только лингвистическими моделями, не заложена система распознавания лиц, поиск дефектов в продукции, управление БПЛА. В целом в своих разработках мы отстаем от мировых стандартов на 2−3 года. В то время, как в США происходит уже настоящая гонка кибероружия, мы только делаем первые шаги. Заказчиком такого проекта должно быть государство. Нам нужен мощный ядерный проект с использованием ИИ, но ни Сбер, ни Яндекс на такое не способны, — подытожил эксперт.

В то же время закон вносит в систему определенный порядок. Он закрепляет полномочия президента и правительства по утверждению национальной стратегии развития Искусственного Интеллекта, предусматривает случаи, когда допускается применение только суверенных или национальных больших фундаментальных моделей ИИ.

Владельцы интернет-сайтов, приложений и соцсетей с ежедневной аудиторией более 500 тыс. человек обязаны предоставлять пользователям возможность маркировать контент, сгенерированный с помощью ИИ. Владельцы ИИ-сервисов также должны уведомлять пользователей о том, кому принадлежат авторские права на ИИ-контент и об условиях доступа к нему.

Что изменил новый закон в области ИИ? Какая сейчас ситуация в этой сфере: есть ли конкуренция между видами ИИ? Какова стоимость «жизнеобеспечения» и развития Искусственного Интеллекта? Можно ли говорить о его окупаемости?

«СП» попросила прояснить эти вопросы эксперта в области ИИ, главного редактора IT-издания «Рунет» Владимира Зыкова.

«СП»: Закон вызвал много разногласий в IT-сообществе. Может быть, не стоило так торопиться с его принятием?

— Время для его принятия настало давно: необходим был регулятор рынка, который давал бы понимание, какими инструментами можно пользоваться, а какими — нельзя. Есть критически важная инфраструктура. Есть документы, представляющие государственную важность. Раньше для работы ИИ на сервера загружали либо американский, либо китайский ИИ, и это могло дать утечку информации.

К тому же было много вопросов о том, как чиновникам пользоваться ИИ: где пределы дозволенного и какие есть ограничения. Понятно, что тут речь могла идти только о суверенном ИИ.

«СП» И тем не менее, ИИ сегодня разделен на суверенный и национальный. Лично я большой разницы не вижу. Но два этих сегмента друг с другом находятся в противоречии, как я поняла?

— Национальный ИИ — в ведении Яндекса, суверенный ИИ — за Сбербанком. И Герман Греф уже упрекает Яндекс в том, что там при разработке модели взяли за основу китайскую схему. Хотя лично я в этом ничего крамольного не вижу: Китай- дружественная страна.

«СП»: Как бы ни работал ИИ, важен результат. Где его сейчас используют в России?

— В телемедицине, да и в медицине вообще: ИИ расшифровывает рентгеновские снимки лучше человека. В военной области с ИИ придётся работать, потому что в США и в Китае уже вовсю идет его применение. У нас же БПЛА до сих пор сбивают с помощью антидроновых ружей.

Военные очень заинтересованы в использовании ИИ. Думаю, в ближайшее время произойдут изменения и в этой области. К примеру, при помощи ИИ можно вести сопровождение и перехват дронов. Их обнаружение — тоже задача для ИИ. Понятно, что нужны автоматические средства наведения и уничтожения БПЛА, и закон открывает такие возможности. А дальше, на линии ЛБС, военные уже сами будут решать, что им удобно.

«СП»: Говорят, ИИ может вытеснить многие профессии? Закон открывает для этого возможности?

— Многие профессии, не связанные с творчеством, с ручным трудом, могут уйти в прошлое. Мы в нашей компании уже сделали несколько разработок в помощь редакциям СМИ. Они собирают и обрабатывают материал, журналисту-новостнику остается только нажать кнопку для публикации.

«СП»: Станет ли меньше подделок голоса и внешности с использованием ИИ?

— Вероятнее всего, не станет, потому что все эти подделки — на основе иностранных разработок.

«СП»: Достаточно ли для развития ИИ финансирования со стороны государства или будут привлечены сторонние инвесторы?

— Область перспективная, но очень затратная. Тем не менее желающих «вложиться» уже немало.