ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОДИНУ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Военная доктрина России остается засекреченной в части, касающейся планов будущих войн и вероятных противников, что вполне естественно. Но по тому, какие учения проходят у нас в стране, какие системы вооружений развивают и собираются ставить на боевое дежурство, а также по отдельным высказываниям чиновников из Минобороны РФ, можно сделать определенные выводы о том, с кем именно предполагают сражаться российские военные планировщики... Если проанализировать сценарии будущих войн, на которые ориентирована российская Военная доктрина и представить угрозы военной безопасности России - вероятные и существующие, то вот какой "портрет" можно нарисовать:

Бесполезная и дорогая игрушка...

Начнем с самого дорогостоящего и наиболее нашумевшего проекта последних лет - покупки у Франции вертолетоносцев с последующим их производством по лицензии на судоверфях России. Цена каждого корабля - несколько сотен миллионов евро, так что такая сделка - лакомый кусок во всех отношениях. Но вот закономерный вопрос: каково боевое предназначение приобретаемых «Мистралей»?

В принципе понятно, для чего нужны десантные корабли управления (ДКУ) военно-морским силам 5-ой республики. Если в какой-нибудь бывшей французской колонии произойдет военный переворот, начнется гражданская война, Парижу оперативно удастся перебросить к побережью неспокойной страны военнослужащих, которые при необходимости поддержат одну из сторон конфликта и эвакуирует несколько сот сограждан. По официальной классификации эти десантные корабли способны принимать на борт батальон морской пехоты (450 человек), 16 тяжелых вертолетов или 32 легких винтокрыла и затем отправляться в любую точку Мирового океана.

Те же функции мог выполнять и авианосец «Шарль де Голль», оснащенный атомной силовой установкой. 2-х таких «морских аэродромов» французам, по всей вероятности, вполне хватило бы для выполнения подобных миссий. Но проблема в том, что «Шарль де Голль» - самый большой боевой корабль, когда-либо построенный во Франции, оказался слишком дорогим. Его стоимость - 2,5 миллиарда евро. Поэтому от пополнения ВМС вторым атомным авианосцем Париж пока воздерживается. Чуть дешевле и проектируемый «плавающий аэродром» с обычной силовой установкой - 1,7 миллиарда долларов. А на «Мистрале» еще новейшая система управления, позволяющая обходиться всего 160 членами экипажа (для сравнения: его численность на «Шарле де Голле» 1200 человек, плюс 600 пилотов, инженеров и техников авиагруппы).

Однако и для французских ВМС «Мистраль» по большому - просто дорогая, да и не очень нужная игрушка, в каком-то роде это эксперимент. Так как в случае серьезного конфликта и противоборства с врагами, располагающими авиацией, средствами ПВО и боеспособной береговой обороной, в поход с «Мистралем» придется посылать еще не малую группу кораблей, включающую авианосец. А для эвакуационных операций можно использовать и корабли подешевле, например противолодочный фрегат (эсминец). «Мистраль» же пригоден только для миссий из времен дипломатии, когда надо надавить на какое-то государство, слабое в военном отношении. Теперь, если же задаться вопросом, на каком морском ТВД «Мистрали» понадобятся российскому флоту, ответ будет скорее однозначным: только на Черноморском - в случае возникновения нового вооруженного конфликта с Грузией или войны с Украиной. Собственно в результате российско-грузинского конфликта в августе 2008 года скорее всего и родилась идея купить французские вертолетоносцы.
Впрочем, такие корабли предполагается держать на Северном флоте, однако что они там будут делать, известно только российским флотоводцам и военачальникам, для которых в еще большей степени, чем для французов, «Мистрали» будут просто большой, дорогой и бесполезной игрушкой.

Есть мнения, что смысл покупки «Мистралей» заключается в том, что ВМФ России получит самые современные системы управления. Однако, во-первых, они только для этого "мЕНстрУаля" и пригодны, для других кораблей придется все равно разрабатывать и изготавливать новую аппаратуру. Во-вторых, нашим флотоводцам будет очень непросто подготовить для службы на «Мистралях» личный состав. Ибо для этого требуются профессионалы высочайшего класса, а военное образование, как уже писалось ранее, в России "реформаторы" армии уже загубили. Да и опыт трагических аварий с российскими атомными подлодками к оптимизму не располагает. Исходя из этого, можно предположить, что самое безопасное для «Мистралей» в России - это стоянка у причальной стенки. Выход же в море и попытка провести учебно-боевые стрельбы всегда будут чреваты непредсказуемыми последствиями.

Объективно говоря, Российской Федерации, с таким подходом к строительству кораблей для своего флота, в обозримом будущем нет никаких шансов не только чтобы догнать ВМС США, а даже немного приблизиться к ним по уровню боевой мощи. Для сравнения, по данным портала Global Firepower, военно-морские силы США обладают 71 атомной подводной лодкой, 11 авианосцами, 59 эсминцами и 47 фрегатами.
С кем Россия может воевать...

Обратимся теперь к ракетному комплексу «Искандер», которым так любят у нас устрашать Европу. Ракеты его имеют дальностью полета до 500 км., могут нести тактические ядерные боевые заряды и предназначены для поражения боевыми частями в обычном снаряжении малоразмерных и площадных целей в глубине оперативного построения войск противника. Когда Кремль грозит разместить «Искандеры» в Калининградской области, он предполагает фактически возможность возникновения некого локального вооруженного конфликта между Россией и Польшей либо странами Балтии.

Однако нетрудно додуматься, что любой ракетный удар по территории Польши или Литвы приведет к столкновению России со всем блоком НАТО, а не к российско-польской или российско-литовской войне. Очевидно, что в таком противоборстве - с «Искандерами» или без - у России, учитывая численность и оснащенность армий государств - членов Североатлантического альянса, все равно нет шансов устоять, если будут применяться только обычные вооружения. И очень сомнительно, что на помощь РФ придут какие-либо страны СНГ.
Если же, война с использованием обычных вооружений разразится на пространстве Содружества Независимых Государств, применение комплексов «Искандер» РФ окажется явно избыточным.

Возьмем, к примеру, другого потенциального противника нашей страны - КНР. И здесь снова у России нет шансов на победу в обычной широкомасштабной войне, учитывая неограниченные, по сравнению с РФ людские ресурсы Китая и потенциальную способность промышленности Поднебесной в больших количествах производить оружие и военную технику.

Между тем Военная доктрина РФ, как и в советские времена, ориентирована, прежде всего, на возможность ведения широкомасштабных войн против Североатлантического блока и Китая с помощью обычных вооружений, несмотря на то, что подобный сценарий представляется абсолютно невероятным в реальности. Призывная система комплектования армии и флота РФ сохраняется именно для этой цели, хотя служба "срочников" сокращена до 1 года.

Считается, что благодаря этому Россия будет иметь запас обученных резервистов, достаточный для ведения 2-х указанных выше войн. Вместе с тем за один год службы в войсках военнослужащие-призывники все равно оказываются неготовыми к ведению современной войны обычными вооружениями, и после мобилизации с ними придется заниматься еще как минимум год, а то и полтора с учетом того, что они успеют забыть многое из того, чему их учили ранее. А даже 12-месячная служба в призывной армии многих молодых людей отвращает от заключения контракта с Министерством обороны.

А вообще-то подготовка этих так называемых резервистов совершенно не нужна, поскольку Россия ориентируется на невозможные сценарии войны. Ориентироваться необходимо прежде всего на потенциальный союз (не путать с вступлением в членство) с Североатлантическим альянсом в случае возникновения конфликта РФ с Китаем, а не на конфронтацию с НАТО. Помимо него нужно принимать во внимание вероятные локальные столкновения на пространстве СНГ, борьбу с терроризмом и сохранение потенциала ракетно-ядерного сдерживания с блоком НАТО.

Развивать необходимо в первую очередь стратегические ядерные силы, ПВО и ПРО (способные отбить нападение стран с небольшим ракетно-ядерным потенциалом), части специального назначения. То есть войска, оснащенные образцами вооружений и военной техники, эффективное применение которых по плечу только военнослужащим-контрактникам. Затраты на изделия ОПК, предназначенные для использования в военных кампаниях самого фантастического характера, отвлекают деньги и материальные средства от модернизации тех отраслей нашей «оборонки», которые действительно могут выпускать продукцию, нужную для отражения реальных и потенциальных угроз.