ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОССИЮ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Как пройдет Пасхальное перемирие на этот раз?
Дмитрий Родионов

Материал комментируют:
Александр Дмитриевский Владимир Сапунов Михаил Игнатов
Президент РФ Владимир Путин поручил министру обороны Андрею Белоусову и начальнику Генштаба Валерию Герасимову остановить боевые действия на всех направлениях СВО в период празднования Пасхи.

«В связи с приближающимся православным праздником Пасхи объявляется перемирие с 16:00 11 апреля до исхода дня 12 апреля», — сообщили в Кремле.

При этом российским войскам поручено быть готовыми пресечь возможные провокации со стороны противника.

Ранее с инициативой перемирия выступил глава киевского режима Владимир Зеленский. Но киевский режим неоднократно выступал с такими инициативами и всегда сам же перемирия нарушал. Нужно ли нам это повторять по новой?

Допустим, год назад это было актуально, чтобы показать новой американской администрации, с кем имеем дело в лице Украины. А сейчас?

Стоит отметить, что решение далось явно непросто. За несколько часов до его объявления пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков говорил, что решение пока не принято. И все же его приняли.

— Практика показывает, что все перемирия выполняются Украиной ровно столько, сколько сохнут чернила на бумаге, — говорит историк, публицист, постоянный эксперт Изборского клуба Александр Дмитриевский.

Тем не менее отвергать дипломатические методы даже в такой ситуации Россия не имеет права. И не потому, что мы такие хорошие, а потому, что нужно использовать весь спектр средств: отказ от любого, даже, казалось бы, не очень эффективного инструмента, автоматически даёт козыри в руки врагов.

Можно понять раздражение людей, наблюдающих за конфликтом издали, отсутствием прогресса в дипломатическом сегменте, но не везде и не всегда стоит рассчитывать на быстрый результат. И ещё нужно понимать, что враг нам постоянно навязывает войну нервов: ему специально хочется, чтобы мы вспылили и тем самым приняли нужный ему сценарий. Поэтому выдержка для нас — важное оружие.

— Прошлый год всем показал, кто на какой стороне, кто за небо, кто за ад, — говорит доктор философских наук, зав. кафедрой социологии и управления БГТУ им. В.Г. Шухова Михаил Игнатов. — Самое главное, что мы показали тогдашней своей инициативой, что небо за нас.

«СП»: На что перемирие должно распространяться? Только на фронт или на тыловые районы тоже. По приграничью ведь ВСУ бьют каждый день. А люди в церкви пойдут.

— Как показала практика, на что бы перемирие ни распространялось, все равно будут нарушения с той стороны. Хотя, традиционно, перемирие —это затишье на фронте. Но кто там способен на поддержание здравых традиций?

— В условиях позиционных боевых действий, когда фронт фактически замер, перемирие объявлять можно, но тут вопрос в том, каким образом оно будет соблюдаться, и как это контролировать, — говорит военно-политический эксперт Владимир Сапунов.

— В прошлом году во время Пасхального перемирия противник неоднократно нарушал его, во многом оно стало односторонним.

Если говорить в целом, то перемирие должно быть полным: остановка действий на фронте, приостановка ударов с помощью беспилотников и ракет. Чем для нас может быть выгодно перемирие? Это, конечно, гуманитарный момент, то есть вывоз погибших с поля боя, ну и, естественно, передышка для армии. Еще один момент — возможность ротации.

Гуманитарный аспект — это не для красного словца, это действительно может быть выгодно нам.

«СП»: Наши власти постоянно говорят, что мы не воюем с народом Украины и потому воздерживаемся от любых действий, в ходе которых может пострадать гражданская инфраструктура. Оправдано ли это на пятый год боевых действий, в которых мы увязли по уши?

— Думается, с миндальничанием по поводу инфраструктуры, которую противник использует в военных целях, пора кончать. Если на пятый год СВО стоят целыми мосты через Днепр, это оказывает негативное влияние на события на фронте.

Плюс психологические методы. Удары по центру Киева необходимы были еще вчера, и сейчас необходимо это сделать, потому что это окажет воздействие на тыл и армию противника, на военно-политическое руководство. Тем более, что противник не чурается таких методов. Фраза «мы еще не начинали» должна воплощаться в реальность.