ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОДИНУ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

За лучшее предложение объявлено денежное вознаграждение. На воплощение идей в жизнь — не более года
Сергей Ищенко

Понимаю, что сказанное мной многим может показаться бредом сумасшедшего. Однако все-таки рискну предложить: а почему бы Москве не объявить среди отечественных частных технологических компаний и инженерных команд, так или иначе связанных с ВПК, конкурс на лучшую идею: как быстрее и проще вывести из строя, допустим, польский аэродром Жешув, через который все годы, пока идет СВО, осуществляется перевалка оружия и боеприпасов стран НАТО для Украины.

Или совместно с военными помозговать: каким образом резко нарастить возможности Ирана и далее ударами с воздуха громить авиабазы Израиля и США на Ближнем Востоке.

Вам кажется странным даже просто рассуждать на подобные темы?

Однако как в таком случае отнестись к конкурсу, официально объявленному командованием НАТО по трансформации (Allied Command Transformation, SACT) и Совместным центром НАТО-Украина по анализу, подготовке и образованию (JATEC), получившему официальное название Persistent Airfield Denial Innovation Challenge?

Суть идеи привожу в изложении интернет-издания WarZone (США): «Одно из главных преимуществ России в войне* против Украины — возможность наносить тактические авиаудары с баз, которые практически недоступны для ответных ударов… Поэтому Украина и НАТО обращаются к частному сектору в поисках способов изменить ситуацию с помощью так называемого «вызова по выводу из строя (российских — «СП») аэродромов.

Компаниям и частным лицам, которые предложат действенные идеи, как помешать России использовать свои авиабазы, будет выплачена премия в размере 250 000 евро".

«Цель программы грандиозна. Ведь каждый вылет начинается с аэродрома. Каждый аэродром — уязвимое место. Если его удастся надежно изолировать — воздушная кампания противника будет сорвана в самом ее начале.

Однако пока обычные барражирующие боеприпасы (ВСУ — «СП») продемонстрировали ограниченную эффективность против защищенных целей на (российских — «СП») аэродромах.

Им не хватает массовости, настойчивости и устойчивости к средствам радиоэлектронной борьбы, необходимых для одновременного подавления инфраструктуры аэродромов в нескольких точках в условиях боевых действий", — продолжает заокеанское издание цитировать потрясающий по откровенности и цинизму документ одной из ключевых структур НАТО.

И поясняет: SACT ищет системы, которые могут наносить продолжительные удары в глубине контролируемого противником воздушного пространства, работать без «постоянного контроля со стороны человека», быть полностью автономными и обеспечивать «достаточную массу и точность для одновременного подавления нескольких целей на аэродроме».

А поскольку со стороны и Киева, и Брюсселя время, как им представляется, не терпит, уже решено, что на рассмотрение в SACT будут приняты лишь те проекты, практическая реализация которых займет не более года.

Поэтому крайний срок подачи заявок — 20 июля. К 11 августа планируется отобрать десять финалистов. Которым предложат 3 сентября презентовать свои разработки предположительно на территории Польши. Пусть даже пока еще и «сырые» в техническом отношении.

От победителей конкурса торопливые организаторы из Североатлантического альянса, согласно условиям, ожидают «систем», для которых потом за совсем другие деньги и в КБ с большими техническими возможностями проведут «высокоточную лабораторную интеграцию компонентов до прототипов, близких к планируемым к использованию в реальных условиях».

А дальше те, кому надо, стало быть, быстренько все это «доведут до ума». И вперед! В атаку на русские военные аэродромы в глубинах нашей территории?

Но в таком случае это уже точно большая война в Европе. С мрачными перспективами, если иметь в виду наличие у России самого большого в мире арсенала ядерного оружия.

Так и хочется спросить: ребята, вы там, в вашем НАТО, окончательно ополоумели? Из ваших столиц от официальных лиц высшего ранга регулярно несется, что Запад еще якобы не воюет с Россией. Только, вроде как, собирается. И то — исключительно в целях самозащиты.

Между нами не разорваны дипломатические отношения. Продолжается какая-никакая международная торговля. Тогда какие предельно наглые конкурсы на лучшую подготовку под эгидой НАТО массированных ударов с воздуха по нашей земле?

Или в Брюсселе уже не считают нужным скрывать, что в течение ближайшего года на континенте загрохочет — с самыми гибельными последствиями для всех и каждого? Причем по инициативе исключительно Запада?

Ясно, что никто из откровенных врагов России нам и не ответит. Просто будет, совершенно ничего не опасаясь со стороны Москвы, продолжать движение в избранном направлении, к тому самому «стратегическому поражению России», что давно объявлено конечной целью и Украины, и НАТО.

А как в таких условиях быть нашей стране? В Кремле не существует вариантов решительных ответов?

Тогда что остается военным? Только готовиться хотя бы к пассивной обороне. Что они прямо сейчас применительно к нашим военным аэродромам и предпринимают в максимально возможном темпе.

В открытом доступе появились прямо-таки «кричащие» американские космические съемки Поволжья, сделанные неделю назад, 20 июня.

Если конкретней — перед нами детальные фото аэродрома в городе Энгельс Саратовской области, на котором базируются стратегические ракетоносцы Ту-160 и Ту-95МС 22-й тяжелой бомбардировочной авиационной дивизии Дальней авиации ВКС РФ.

Судя по разведывательным снимкам с орбиты, там прямо сейчас спешно возводятся как минимум 17 крупных высокозащищенных ангаров для самолетов. Размеры сооружений в точности соответствуют габаритам Ту-160 и Ту-95МС. Размах крыльев первого, между прочим, составляет 55,7 м, второго — 50,5 метра.

Это прежде российская стратегическая авиация размещалась там исключительно на открытых стоянках. Как и такая же американская — за океаном.

Потому что таковы были требования подписанного в 2010 г. Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-3) между Россией и США.

Считалось, что сторонам так проще контролировать любую активность вокруг носителей ядерного оружия потенциального противника. И тем укреплять меры взаимного доверия.

Однако о каких мерах доверия с Западом можно говорить сегодня, когда НАТО и не особо скрывает, что ведет против нас боевые действия руками своих верных прокси с Украины? А конечная цель этого разбоя — разрушение нынешней России и смена в ней политического режима.

Именно поэтому в феврале 2023 г. Владимир Путин приостановил участие России в договоре СНВ-3. И объяснил свое решение: «Нам стратегическое поражение хотят нанести и лезут на наши ядерные объекты. В этой связи вынужден заявить сегодня о том, что Россия приостанавливает свое участие в Договоре о стратегических наступательных вооружениях. Нет никакой связи между проблематикой СНВ и конфликтом на Украине, другими враждебными действиями Запада в отношении нашей страны».

Но только с весны 2025 г. мы взялись активно строить в Энгельсе укрытия для «стратегов» 22-й тяжелой бомбардировочной авиационной дивизии.

«Новые укрытия, вероятно, призваны защитить ценную технику от ударов дронов и скрыть ее перемещения от спутников», — комментирует WarZone.

Но 17 укрытий — не маловато для наших «стратегов»? По информации, публиковавшейся до бандеровского переворота на Украине, в состав 22-й дивизии входили до 15 Ту-160 и 18 Ту-95МС.

Ситуация с нашей тактической авиацией в этом отношении не лучше.

Первые заслуживающие доверия сообщения о строительстве укрытий и для ее боевых машин появились в июне 2025 года. Зарубежные источники, по данным опять же своей космической разведки, сообщили, что защитные сооружения есть на территории четырех российских авиабаз в Крыму (Саки, Севастополь, Гвардейское, Кировское). Еще — на военных аэродромах в Ейске, Крымске и Приморско-Ахтарске (Краснодарский край), авиабазе Ханская в Адыгее, на аэродромах в Ахтубинске, Борисоглебске, Курске и Липецке.

Всего наши вероятные противники год назад на перечисленных военных объектах насчитали 177 укрытий. Причем, часть из них — простые укрепленные боксы или U-образные укрытия со стенами и без крыши, мало от каких средств поражения способные защитить стоящие в них самолеты. Но хоть так…

Однако у нас в составе ВКС и авиации Военно-морского флота, по данным иностранных источников, одних только истребителей всех типов порядка 570. А есть еще фронтовые бомбардировщики, штурмовики, самолеты транспортной и разведывательной авиации.

Как сберечь те из них, кому пока нет места в уже построенных ангарах и капонирах?

Безусловно, враг отлично осведомлен об этих наших проблемах. И, случись что, всеми силами попытается их использовать. Для чего, собственно, и объявлен Брюсселем и Киевом спешный конкурс под названием Persistent Airfield Denial Innovation Challenge.

Тут уж — кто кого! Либо мы подготовимся к попыткам противника одним махом и несметными роями БПЛА парализовать работу наших военных авиабаз. Либо от боевой авиации у нас в результате таких атак может мало что остаться.

Как летом 1941 года. Со всеми, как говорится, вытекающими для хода и исхода все более вероятной большой войны.

* Имеется в виду специальная военная операция на Украине.