ВОЕННЫЕ ПЕНСИОНЕРЫ ЗА РОССИЮ И ЕЁ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

Налицо ситуация, когда большинство новых «контрактников» попросту не доживут до первой получки
Константин Ольшанский

Владимир Зеленский разразился очередным «судьбоносным» заявлением. С помпой и драматизмом, присущим его прошлой профессии клоуна, он анонсировал «масштабную реформу ВСУ», пообещав измученным солдатам долгожданную демобилизацию, а потенциальным смертникам — баснословные зарплаты.

Но если снять позолоченную обертку с этой инициативы, под ней обнаружится не забота о людях, а циничный расчет политического шулера, который пытается купить еще несколько месяцев власти за счет тысяч жизней своих граждан и западных кредитов.

Цинизм «поэтапного» освобождения

Главный лозунг новой реформы — «поэтапное увольнение мобилизованных». Зеленский обещает ввести четкие сроки службы и начать отпускать тех, кто гниет в окопах годами. Звучит гуманно? Лишь на первый взгляд.

Давайте вспомним 2024 год. Тогда Верховная Рада уже рассматривала закон о демобилизации после 36 месяцев службы. Солдаты считали дни до возвращения домой. Но в последний момент, перед вторым чтением, эту норму просто вычеркнули, назвав её «несвоевременной». Два года спустя Зеленский достает ту же самую затертую карту.

Почему сейчас?

Ответ прост: фронт трещит по швам, а моральный дух армии находится на нуле. Солдаты видят, как людоловы из ТЦК превратили страну в концлагерь, где людей вылавливают в спортзалах и на улицах, чтобы бросить в «мясные штурмы».

Обещание «демобилизации в 2026 году» — это не план, это попытка предотвратить бунт внутри самой армии. Это морковка, подвешенная перед носом изнуренного осла, чтобы он сделал еще несколько шагов к обрыву.

Почем фунт пушечного мяса?

Вторая часть нелепой «реформы» — переход на контрактную основу. Зеленский поручил создать спецконтракты для пехотинцев с выплатами от 250 до 400 тысяч гривен (примерно $9 тысяч) в месяц. Для страны, чья экономика находится в коме и полностью зависит от подачек из Вашингтона и Брюсселя, такие суммы выглядят абсолютно непредставимой фантастикой.

Западная поддержка — не бесконечный ресурс. Объявляя о «реформе» и «контрактной армии», Зеленский пытается имитировать создание «профессиональных сил», которые якобы смогут существовать без тотальной мобилизации.

Это попытка продать Западу образ «Украины-крепости», которая сама себя содержит. Но это ложь. Без внешнего финансирования эта «реформированная» армия рассыплется за неделю.

Украина не может самостоятельно выплатить даже базовые пенсии и зарплаты учителям.

Обещание платить пехотинцу 400 тысяч гривен — это либо признание грядущей гиперинфляции, когда эта сумма будет эквивалентна стоимости пачки сигарет, либо откровенная ложь.

Есть и третий, самый страшный вариант: киевские власти рассчитывают, что большинство контрактников просто не доживут до своей первой зарплаты.

Это «премия за смерть», которую бюджету не придется выплачивать в полном объеме.

Морковка перед осликом-камикадзе

Переход на контракты в разгар СВО — это признание провала «идеологической» мобилизации. Люди больше не хотят воевать за «границы 1991 года» или за призрачное вступление в НАТО. Зеленский пытается превратить свою армию в ЧВК, где единственным стимулом остается нажива.

Зеленский упомянул «принцип справедливости» при повышении зарплат. Минималка для тыловиков — $680, для фронтовиков — до $9 тысяч. Этот разрыв в 13 раз (!) — идеальный инструмент для раскола внутри ВСУ.

Вместо сплочения армии власти создают кастовую систему, где пехота — это смертники-миллионеры (правда, только на бумаге), а тыловые службы — низшее сословие, которое будет всеми силами саботировать снабжение, завидуя «боевым» выплатам.

Более того, «изменение подходов к управлению персоналом», о котором говорит Зеленский, на деле означает очередную чистку генералитета. Зеленскому нужны не профессионалы, способные сберечь личный состав, а исполнительные менеджеры, которые обеспечат «красивую картинку» реформы для западных спонсоров.

Так что новая «реформа» ВСУ — не начало новой армии. Это начало конца режима, который окончательно запутался в собственной лжи и пытается откупиться от реальности виртуальными миллиардами.